Опасное творение

В другой жизни… перед арестом отца, у меня началась бы истерика от всех этих неудобств, сейчас же я спокойно создала светящийся шар, умылась и завалилась спать не раздевшись.

Рано утром, когда первые лучи только начали пробиваться сквозь узкое окно, в дверь тихо постучали. Я еле разлепила глаза, с трудом соображая, где находилась и как сюда попала. Кругом белые стены комнатушки, маленькое окно, возле которого стоял квадратный столик и стул.

— Сестра, вот твой стикс, — раздался грубоватый голос и я повернула голову.

Надо мной возвышался огромный монах, он поставил стакан с водой на стол, таблетку положил рядом. На стул повесил черную рясу и повернулся.

— Сколько сейчас время? — Спросила хриплым голосом у монаха, в котором сразу узнала мага-зрячего.

— Шесть утра, — ответил брат, внимательно рассматривая мое лицо. — Я могу немного подлечить тебя, сестра.

Отказываться не стала. Медленно села, и ржавые пружины жалобно заскрипели подо мной. Монах легко касался толстыми пальцами моей кожи лица, словно втирал в нее крем.

— Ты можешь спросить… у ангела-хранителя, что будет с моим отцом… со мной. Я создам великое творение? — последние слова прошептала. Особо я не надеялась на ответ, как правило, души молчали, предлагая живым самим разбираться со своими проблемами. Подобной вопрос следовало задать вещателю, но где его найти. Магов с такой силой почти не осталось, как и убедителей. Крестный был последним в своем роде, и его сила умрет вместе с фамилией де Паризо.

— Этот вопрос лучше задай настоятелю. А сейчас, поторопись выпить стикс, иначе жандармы нападут на твой след, — предупредил меня монах. Я тут же вскочила с кровати, закинула в рот таблетку и выпила стакан воды. Только после этого поблагодарила зрячего.

Большой монах давно уже покинул мою комнату, а я все продолжала стоять у окна, глядя на трехэтажные дома через дорогу. Мысли о Франсуа упрямо лезли в голову, но я прогоняла их прочь. Необходимо сосредоточиться на деле и встретиться с крестным.

Я была уверена, что Лукас придумает, как отправить меня к Монсеньору и спасти отца. Вздохнув, я взглянула на свою мятую одежду. Впервые мадемуазель Виви не помыла голову перед сном, не сменила белье. Хорошо быть создателем, творить вещи насучили еще в школе. Эх, если бы я постигала творение порталов, а не взяла дополнительные часы, чтобы углубиться в чертежи, связанные с оружием, многое бы пошло по-другому.