Отравленные морем

Энрике и дон Сакетти одновременно обернулись к Инес.

— Не может быть, — неуверенно возразил ее муж. — Разве такое возможно?

Инес знала, что ей не поверят, но не зря же она пристально наблюдала за Джулией с тех самых пор, как дон Роберто ушел в плавание, и та снова поселилась в доме Рикардо. Стоило Инес упомянуть в разговоре те дни, когда они обе гостили у донны Арсаго — и Джулия ловко уводила разговор в сторону. Она даже не смогла правильно назвать комнату, в которой их тогда поселили, зато «узнала» плащ, который якобы подарила ей Инес, чего на самом деле никогда не было.

Разве это не странно?

Дож, казалось, задумался:

— Впрочем, кто знает, на что способны «морские ведьмы»? Не сомневаюсь, что они могут заморочить мозги простым смертным! Да еще стража мне донесла, что наутро после взрыва некая девчонка разыскивала дона Маньяско. Хм... Я думаю, у Манриоло вполне могла быть сообщница, может быть, его ученица...

— По-вашему, я не узнал бы собственную невесту? — возмутился Энрике. — Быть такого не может!

Губы дона Сакетти изогнулись в жесткой улыбке:

— В любом случае не помешает еще раз побеседовать с Джулией.

Инес снова вмешалась:

— Бьянка мне говорила, что Джулия собиралась навестить монахинь на Терра-деи-Мираколи, чтобы провести несколько дней в молитвах.

— Значит, придется нарушить ее благочестивое уединение.

Украдкой бросив взгляд на Энрике, Инес отметила, что он все еще казался растерянным. Каждый раз, когда он замыкался в себе, она боялась, что он мысленно сравнивал ее с Джулией и, возможно, даже жалел о поспешной свадьбе.

«Ничего, пусть узнает, какова была его бывшая невеста! — подумала она с гневом. — Лгала всем напропалую, строила глазки синьору д’Эсте, пока простодушный Энрике готовился к свадьбе! Ну и кто из нас большая лгунья?!»

Ее муж недоверчиво покачал головой:

— Другая девушка... Интересно, кто же она?

***

Наверное, я еще долго предавалась бы отчаянию из-за смерти Манриоло и утраченного дара, но меня отвлекли другие заботы. Денег не осталось ни сольдо. Мои скромные запасы, заботливо скопленные за год, в Венетте растаяли за два дня.

Один кусок пирога здесь стоил дороже, чем целый ужин в пернской харчевне!

Чтобы добраться до монастыря, мне нужна была лодка, да и голод уже напоминал о себе. Я всерьез подумывала, не начать ли попрошайничать на паперти. Мешала гордость. Может, поискать работу на рынке? Поденщицей или посудомойкой... Мысль о том, чтобы стащить кусок еды или лодку, я отвергла сразу. Хватит уже испытывать удачу.