Пламя для дракона

 – Прости. Я совсем запуталась.

Дракон укоризненно вздохнул, а потом приподнялся и, как вчера, с треском раскрыл чешую на груди, показав краешек своего могучего сердца. Из раны, как и тогда, дохнуло невыносимым жаром, у меня даже кожу на лице стянуло, а в ушах снова гулко застучало: тук-тук… тук-тук…

«Пламя живет здесь, – тихо сказал Рэн, когда я не выдержала и отвернулась – вид живого, ровно сокращающегося сердца был жутковатым. – И здесь…»

Кончик серебристого хвоста взметнулся в воздух и, изогнувшись гибкой змеей, ощутимо толкнул меня в грудь.

«Одно и то же Пламя. Одна и та же сила. Поэтому я узнал, когда ты родилась. Поэтому ты с рождения видела меня во снах. И поэтому же смогла меня услышать».

Я еще беспокойнее покосилась на зияющую рану в груди дракона и пробормотала:

– Сперва я не слышала – только видела и не знала, что и подумать. Боялась, с ума схожу. Но поначалу было терпимо. А здесь… Я поэтому стала слышать твой голос? Но как ты мог знать, что меня забросит именно сюда?

«Я не знал, – усмехнулся дракон, и его сердце забилось чаще.

 – Но я дал тебе подсказку. Звездная тропа – упрямая вещь и редко открывается туда, куда надо. Но если в момент открытия о чем-то долго и напряженно думать…»

Я метнула на него недовольный взгляд.

– Ты хорошо постарался, чтобы я о тебе не забыла!

«Извини, – тут же утихло сердце. – Я почти утратил надежду».

– Закрой ее, ладно? – попросила я, нервно покосившись на рану.

 – Мне не по себе. И я все равно не понимаю, почему ты считаешь, что часть этого Пламени – моя.

«Я могу с тобой говорить – этого достаточно. Я слышу твои мысли, чувствую твою растерянность. Ты – такая же часть меня, как лапа или, к примеру, хвост».

– Почему это сразу хвост?

«Хорошо. Не хвост, так крылья. Так тебе больше нравится? – с едва уловимой насмешкой спросил дракон. – У нас есть легенда о том, что Творец, когда создавал мир, из всех существ первым вылепил из звездной пыли именно дракона.

И вдохнул в него частичку своей души, которую мы называем Пламенем. Он дал этому дракону все – силу, чтобы без устали рассекать воздух, скорость, чтобы ничто не смогло его догнать, упорство, чтобы он смог бороться с ветрами, и мудрость, чтобы огибать скалы, которые могли вырасти на его пути. И не было могущественнее на свете создания, чем первый сотворенный дракон.