Восхождение злодейки. Пленница наследного принца

Недолго думая, я взяла очередное подношение, с недоумением его рассматривая, а осознав, что мне дали, вскинула на принца глаза, полные неподдельного удивления.

На моей ладони лежал совсем небольшой кожаный кошель, совершенно очевидно – не пустой. У меня появилось стойкое ощущение, что я где-то пропустила много абзацев, в которых описывалась способность Атиса читать мысли. Ничем другим я объяснить такую догадливость не могла.

А герой, даже не подозревая, насколько его рейтинг в моих глазах сейчас подскочил, откашлялся и сказал:

– Возьми с собой, – он отвел взгляд.

– Там немного, всего три тьерма. Это монеты королевского двора, серебряные, из моих личных средств. Сможешь обменять на более мелкие, когда доберешься до города.

По местным меркам предлагаемая сумма была внушительной. Благодаря устойчивому доверию к деньгам королевства и высокому содержанию драгоценных металлов эти монеты, если обратиться к хорошему и честному меняле, потянули бы на сотню-две медных каждая, в зависимости от того, на чьи деньги будет производиться обмен.

С ними я могу отправиться в любую страну, и этого хватит, чтобы какое-то время не думать о средствах существования.

– Извини, – продолжил Атис, пока я пребывала в ступоре. Его взгляд был все также направлен в сторону. – Не могу выдать больше, сама понимаешь.

Я заторможенно кивнула, сжав в руке кошель. В какое-то мгновение не выдержала скопившегося напряжения и, поддавшись сиюминутному порыву, крепко обняла Атиса за шею. Мне было так жаль, что несмотря на все его старания, я не могу и не хочу остаться рядом в самые темные и нелегкие для него времена.

Не могу, потому что желаю держаться подальше от героя из-за навязанных магией чувств. Не хочу, потому что стремлюсь вернуться в свой мир как можно быстрее.

Атис на какое-то время замер, видимо, потеряв концентрацию, поскольку огонек в его руке погас, погружая нас во тьму. Потом его руки опустились мне на спину, и я почувствовала несмелое поглаживание.

Для этого мира подобное проявление эмоций было чрезмерным.

Но я всего лишь чудовище, ничего не смыслящее в жизни, и в этом я искала оправдание. Возможно, Атис думал так же, потому как отстраняться не спешил.

Глаза предательски наполнились влагой, по щекам побежали слезы. Опасаясь, что они могут попасть на одежду принца, я отстранилась и отступила на два шага. Быстро смахнув мокрые дорожки дрожащей рукой, я мучительно выискивала слова благодарности. Атис должен знать, что мне небезразлично его внимание.