Проклятие для мага или сердце на троих.

Дея недоверчиво посмотрела на незнакомку, потому как самой ей Влад показался хоть и чрезмерно самоуверенным, но все же, не безразличным. Хотя, она и не могла знать истинных причин, по которым он с такой озабоченностью размышлял о мирах, обделенных Ией.

– Он настолько высокомерен? – решила она уточнить.

– Ты даже не представляешь, насколько. Авторитетов для него не существует. В Мрамгоре Влада недолюбливают и даже побаиваются, некоторые, правда, лебезят перед ним, утверждая, что его нельзя не уважать. Но я думаю, что они просто боятся его, больше, чем прочие.

Дее сделалось не по себе от того, что она в таком нелестном ключе обсуждает местную знаменитость с совершенно незнакомой девчонкой. Влад мог быть неприятным, непонятным, пугающим, но это не давало ей права перемывать ему кости.

– Зачем ты мне все это рассказываешь? – бросила Дея.

– Не знаю, наверное, просто не могу не говорить… О нем.... – девушка нервно наматывала на палец кушак своего платья. – Я просто подумала, может ты его подруга или дальняя родственница.

Он так увлеченно говорил с тобой! Со мной Влад никогда не был так многословен, – ее глаза наполнились влажным блеском, и она бросилась прочь, распихивая локтями празднующих.

Послышались мелодичные звуки свирели и домры, извещающие о следующем танце. Дея с облегчением заметила шагающего к ней Яна и поспешила к нему на встречу. Он привлек ее к себе, и они медленно поплыли под неспешные переливы свирели и гудение гуслей.

Бал длился уже целый час, неспешные и лиричные танцы чередовались с поистине разнузданными, заводили еще одну цепочку, которая превратилась в хоровод, а затем и в ручеек.

Инициатором такого колоритного веселья был Ян, он довольно быстро объяснил багортцам, как делать ручеек, и те, придя в восторг, подхватили его затею. Танцующие путались, сталкивались лбами и наступали друг дружке на ноги, но это только забавляло их. Заразительно хохоча, люди сбивались в новые группы и продолжали самозабвенно уноситься в пляс. Дею закружил этот немыслимый, пьянящий калейдоскоп звуков, запахов и ярких, проносящихся мимо, пятен.

Праздник был в самом разгаре, когда упивающихся безудержным весельем горожан поверг в шок сноп красных искр. Они взрывали черноту ночного неба яркими всполохами, и не предвещали ничего хорошего. Музыканты немелодично смазали окончание легкомысленной песенки, певцы так и остались стоять с разинутыми ртами, а танцующе парочки в нерешительности застыли на месте. Оторопь сковала толпу.