Странница. Песчаная буря

Мне вдруг стало интересно, зачем он это начал, если явно не был рад тянуть всё на себе? Я представила, что вместо Алеса сейчас рядом со мной стоял бы кто-то другой. Незнакомец без имени и лица. Или тот же Рохес, раз он служил совету так же, как Алес.

Картина перед глазами, не успев окончательно сложиться, начала рассыпаться. Не было тут места никому, кроме Алеса. Чёткое осознание имело привкус горчинки, от которой я невольно скривилась.

— Алес, почему ты вызвался найти эллана, управляющего свободной энергией?

Если уж терпеть горечь, то не в одиночестве.

Алес неторопливо повернул голову ко мне. Плотно сомкнутые губы не давали усомниться в том, как он воспринял мой вопрос.

— Мне Анси рассказала, — пояснила я, прерывая затянувшуюся паузу. — Просто тогда тебе бы не пришлось покидать дом и семью, — негромко закончила я.

Лёгкий порыв ветра всколыхнул рукава платья. Алес проследил за слабым полётом ткани с какой-то потаённой жадностью.

— Потому что я видел иной исход всего этого конфликта и верил в него.

А семья... — он на секунду сжал челюсти, словно перебарывал себя. — Моё присутствие дома не изменило бы случившееся. Я знал, что это произойдёт. Мы все знали. Мама начала постепенно угасать, как узнала, что я болен. Глупо было надеяться, что один эллан это исправит. Остановит её угасание. Но я надеялся.

Сжатые в конце кулаки не обманули меня. За эти несколько коротких предложений Алес словно позабыл о своей отрешённости, став мягче. Но уже в следующий миг к нему вернулась прежняя маска.

Так и хотелось воскликнуть: «Алес, что с тобой происходит? Что заставляет тебя закрываться даже тогда, когда ты сам этого не хочешь?» Я же не слепая, я же вижу...

— Алес...

— Дани...

В мягкой тишине подступающей ночи наши голоса прозвучали одновременно. Я раздосадовано поджала губы. Не судьба. Порыв улетучился вместе с желанием задавать вопросы.

Алес, видимо, понял, что я передумала говорить, и уверенно продолжил:

— Я нисколько не жалею о принятом решении и что нашёл тебя.

Я поверила этим словам, не смотря на печаль, разлившуюся в голубых глазах.

— Подожди ещё немного, и всё прояснится, — попросил он.

— Хорошо, — согласилась я.

Наступила совсем неуютная тишина. Я чувствовала, что настроение Алеса изменилось, и он хотел бы остаться один. Не потому что Алес ненавидел. Нет. Это чувство осталось позади. А вот его тоску в настоящем я не могла понять, а делиться ею он не хотел.