Золушка по вызову

И правда, с каждой встречей Саш становился чуточку смелей, раскованней, но именно чуточку…

В тот день они поехали к Галке на день рождения. Гулять собирались на даче, сорок минут от города на такси. Галка объяснила дорогу Искре, Искра — Сашу, а Саш — водителю. Приехали, нашли нужную улицу, отпустили машину. Стучат, звонят — никого. Нет бы из такси Галку набрать…

Оказалось, рано свернули. До места ещё три километра по просёлку.

Новое такси из города вызывать не стали, решили: пешком дойдём.

Саш, правда, потянул носом воздух: "Дождём пахнет". Но облака на небе были редкие, белые, синоптики обещали грозу только к вечеру, а до вечера — глаза вылупить.

Ливень застал их на полпути. Саш стащил с себя куртку, раскинул над головой на вытянутых руках, пошептал что-то. Руки опустил, а куртка осталась висеть маленьким тентом, который отталкивал воду, как зонт с тефлоновой пропиткой.

Дорога вмиг раскисла. Они топтались на траве у обочины и вели переговоры со службами такси — никто не хотел ехать в дождь да в чисто поле.

Надо было ловить попутку. А где её взять? На дороге пусто — ни машин, ни людей. Только они, пара дураков.

Похолодало. Дождь косыми струями захлёстывал под крохотный навес. Саш обнял Искру и впервые по-настоящему крепко прижал к себе. Она пристроила голову у него на груди, большие надёжные руки грели спину и плечи, и внутри росло ответное тепло, и сердце под футболкой у Саша билось всё сильнее…

Они одновременно посмотрели друг на друга и поцеловались нежно, невесомо — будто бабочки крылышками соприкоснулись, и от этого лёгкого соприкосновения по телу пробежала волшебная щекотка.

Такая, от которой хочется взлететь, и упасть, и сойти с ума. А Саш смотрел на Искру ласковыми серыми глазами, уютными, тёплыми, как варежки из некрашеного овечьего пуха, и улыбался, просто улыбался, и всё.

Она не выдержала:

— Саш, а Саш, — склонила голову набок. — Хочешь, я научу тебя целоваться?

Пуховые глаза потемнели, потом вспыхнули — пух хорошо горит.

— Ты что же, — с шутливой угрозой произнёс он, — думаешь, я не умею целоваться? Ты правда так думаешь? Ну, берегись! Я тебя сейчас знаешь как поцелую!

"Хорошо, что не обиделся", — успела подумать Искра.

И провалилась в омут. Нет, не в омут, таких глубоких омутов на свете не бывает — в Марианскую впадину. Но даже у впадины есть дно, а Искра всё падала, падала, падала.