Змеиный крест

- Никогда больше, - вкрадчиво проговорил Даор, - не стоит говорить о ней так в моем присутствии. Я думал, что донес это достаточно ясно в прошлый раз, друг. Кто меня интересует - не твое дело. Держи свои мысли на этот счет при себе.

- Прости, - просипел Келлфер.

Даор отнял руку, и теперь Келлфер тяжело дышал, со смесью испуга и отчаяния глядя на друга. Вот он оглянулся, и Даор усмехнулся.

- Никто не обратил внимания, - это могло бы прозвучать примирительно, если бы он хоть немного сдержал еще клокотавшую в груди ярость.

Невозможность убить Келлана, раз и навсегда уничтожить мальчишку, чтобы его Алана никогда больше не потерлась щекой о чужие руки, воплотилась сейчас в лице Келлфера, и Даор был готов раздавить и его.

- Я разлучу их и сделаю, как ты скажешь, - сказал Келлфер. - Только дай мне и Келлану время.

Даор кивнул, беря себя в руки. Келлан пропал, и Даор с ненавистью подумал, что он мог пойти к Алане, чтобы предупредить ее о желающем ей смерти черном герцоге.

Возможно, стоило последовать за ним.

«Да что же ты делаешь со мной, девочка?»

Даор встретился взглядом с Олеаром, и тот опустил круглые от изумления глаза.

.

- Прошу вас вернуться за стол.

Тихий, но отчетливый голос Сина заполнил весь громадный зал, все совмещенные с ним комнаты, террасы и закутки, по которым разошлись уже измотанные герцоги и маркизы. Даор Карион неспешно поднялся, наблюдая, как резво собираются вокруг большого вытянутого стола те, кто еще несколько часов назад считал себя хозяевами собственной жизни.

Сейчас они, облеченные властью, выглядели жалко, семеня к своим местам подобно собачкам, ожидавшие, что Син, разрушивший ужасными новостями их мелкий мирок, теперь успокоит их и подскажет, что делать дальше. Но вместо этого директор неожиданно заговорил совсем о другом:

- Причина, по которой я попросил вас остаться, несмотря на то, что мы обсудили все касающиеся войны вопросы, довольно необычна. Я хочу поставить вас в известность: Тамалания Вертерхард жива, она находится под крышей Приюта.

Не вижу смысла более скрывать ее от вас. Прошу помнить, она под нашей защитой.

61. Алана

Алана набрала полную грудь воздуха, чтобы поздороваться, но это оказалось по-настоящему нелегко. В повисшей тишине, прерываемой лишь дыханием, шорох ее платья был оглушающе громким.

Зал был громадным, из него вели десятки дверей. Все они оставались открыты, но света за проемами не было.