Ошибка берегини

— Отчего же нет… В некотором смысле есть у тебя невеста, Максимушка. Но то такая невеста, что лучше бы никакой никогда бы не было.

Макс не совсем понял, это она страшную официантку имеет в виду, что ли? Но ни переспросить, ни опровергнуть не успел. Атка вроде еще что-то хотела сказать, он не посчитал нужным перебивать, но она осеклась и с опаской посмотрела на бармена.

— А этот каждое слово слышит, потом хозяйке своей перескажет…

— А вдруг не перескажет? — раздался насмешливый голос от барной стойки. Атка вскинула голову, нахмурилась.

А бармен продолжал: — В немилости я у хозяйки. Потому и живу здесь, что некуда мне больше идти.

Макс оглянулся тоже. Бармен сидел на своем высоком стуле за стойкой, перед ним был полный стакан, в который он только грустно заглядывал, но не пил. Жидкость в высоком граненом стакане была прозрачной, как слеза.

— Был у меня дом на древней реке, заводь там тихая, красота. Только мой, и больше ничей. А кому-то он возьми и приглянись. В моем доме решил человек свой дом построить, да не жить, а знаешь, продавать в нем ночи всяким проходимцам…

— Дом отдыха? — с неприязнью переспросила Атка.

— Для туристов?

— Турбаза? — предложил свой вариант Макс, с некоторым удивлением прислушиваясь к своим чувствам касательно того, что туристов только что назвали проходимцами. Как-то ему не приходило в голову, что у этих слов все-таки есть что-то общее. И как это понять: «в моем доме человек свой дом решил построить»?

Бармен скривил губы и повел плечами, мол, все равно. Одернул жилет, смахнул пылинку с плеча.

— Там разное бывало… пока тот человек строился, пока туда-сюда… Хотел я испужать его малость. И перестарался. Только хуже сделал.

— Да уж, могу представить, — нахмурилась Атка.

— Да я сомневаюсь, что впрямь можешь, — покачал котелком бармен. — Вот и выяснил человек, кто я. А как выяснил, стал кумекать, соображать, что к чему, да и докумекался: заключил договор с хозяйкой. Не знаю уж, что он ей пообещал, да все одно: нет у меня больше дома — иди куда знаешь, а хочешь совсем пропадай.

Я помыкался: то у брата пожил, то к тетке совсем уж в глушь забрался. Гонят меня отовсюду. Никому не нужен. Думал, заявлюсь к хозяйке сам, все расскажу о своем житье-бытье, она рассудит по справедливости… — с горечью проговорил он и махнул рукой. — Да где там!

— Выяснил, кто ты? Перестарался, говоришь? — с подозрением уточнила Атка. Ее будто совершенно не впечатлила история о потерянном доме по каким-то мутным договорам перекупа с какой-то хозяйкой.