Ее властный жених

Боялась, потому что с отрицательным решением никогда бы не смирилась.

— Нет, — Ее Величество поглядела на меня. — Он останется для нас дорогим гостем, хотя бы потому что ты выжила. Я не тиран, Блейк, и не дура. Я не хочу и не буду портить отношения между нами. Август дорог тебе, и я его не обижу. Но имей в виду, что буду к нему присматриваться. Вскоре, и он сможет навестить тебя.

— Спасибо, — теперь и я счастливо улыбалась, — спасибо большое.

Только богам известно, насколько я боялась за отца, его карьеру и положение.

Королева встала.

— Дай поглядеть на тебя милая. Ты не будешь против, если я тебя обниму?

Естественно, я не имела никаких претензий. Мы обе приникли к друг другу. Бриаллина внутри отозвалась, принюхалась. Пахло цветами, молоком, потушенными свечами. Как будто что-то из очень далекого детства.

Боудика отстранилась, выпрямилась.

— Блейк, зови меня по имени, если мы не на больших приемах. Все же мы родственницы.

— Да, конечно, — согласилась я, поражаясь простоте монаршей четы.

Я начинала понимать, за что их безумно любят подданные. Что Ролло, что Ее Величество не ставили себя выше драконов, наоборот, принимали жителей на равных, сроднились со всеми.

— У тебя остается совсем мало времени. — Критически осмотрела меня королева. — Я позову Корнелию и служанок. Пусть помогут тебе со сборами. Потихоньку привыкай к придворной жизни, а завтра мы обстоятельно поговорим. И, кстати, — на внезапно вспомнила о моей брошенной вскользь фразе.

— Кто вредная ящерица?

— Конор. Конор Кинг, — призналась как на духу.

— Ааа, — пропела Ее Величество. — Племянник моего супруга. Что же, я согласна. Буду надеяться, что ты и твоя подруга положительно повлияете на него.

Тепло попрощавшись со мной, она вызвала фрейлину, оказавшуюся ее правой рукой. Корнелия тоже цокнула языком и покрутила головой, давая понять, что работа предстоит немалая. Экзекуция макияжем началась.

Глава 3. О соперниках и соперницах.

Блейк

К сожалению, у Стоуна так и не выкроилось свободной минутки, чтобы навестить меня.

Он прислал свои извинения, просил не обижаться и не держать на него зла. Учитывая, что мы все равно встретились бы на приеме, я предпочла сохранить лицо и не сразу показывать свой истинный норов. Потом, когда-нибудь, если снова где-то напортачу, обязательно предъявлю ему за оплошность.

Я волновалась, нервничала, переживала, что могу допустить какую-нибудь ошибку.