Птичка для инквизитора

Ирен на мгновение окаменела.

Зачем он это сказал? Предупреждал, угрожал?

— Я даже не пыталась, ваша светлость.

Она выдавила из себя улыбку.

Гейл не ответил и протянул ей руку.

Ирен оказалась перед мучительным выбором. Поверить или?.. В итоге она вручила себя воле Вечной матери и положила бледные холодные пальцы на локоть Гейла.

— Брат уже пытался затащить вас в постель?

Ирен горькой подметила, что Гейл с ней не церемонился. Вряд ли он осмелился бы задать подобный вопрос благородной даме.

— Да. А что?

Глаза ее вспыхнули.

Гейл уловил резкую перемену, задумался. Только что тихая мышка — а тут бушующее пламя. Не так проста эта Селена, ох, не так проста! Она шелковой тканью ускользала из его пальцев, не давала препарировать свою суть. Только ухватишься, как Селена юркой рыбкой ускользала прочь.

Он ей не верил. Ни единому слову. Ничему, кроме страха. Однако и обвинить ни в чем не мог.

— И какую же книгу вы хотели взять? — сменил тему Гейл.

— Томик стихов или любовный роман, — не раздумывая, ответила Ирен.

И промахнулась.

Остановившись, Гейл развернул ее лицом к себе и насмешливо заметил:

— Вы не из тех, кто читает любовные романы. Так какую книгу, Селена?

Время, пространство — все превратилось в вязкий мед. Ирен впервые испытала на себе дар инквизитора. Она пока боролась, да и он изучал ее из любопытства, не прибегая к полноте своих способностей, но все равно это было… Пережить подобное во второй раз не хотелось.

— Ваша светлость?

Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не появление третьего лишнего. Сначала Ирен обрадовалась ему, но потом поняла, петля, наоборот, еще туже затянулась на ее горле. Патрона разыскивал Файлах.

Гейл неохотно выпустил добычу и повернулся к заместителю:

— Чего вам?

Ирен навострила уши. Она отступила на шаг, но уходить пока не собиралась.

— Мы получили признание.

Файлах выразительно глянул на Ирен. Мол, нельзя обсуждать такие вещи при посторонней.

— Простите, ваша светлость, я не хотел помешать. Просто никто никогда…

— Никто никогда не видел меня с женщиной, — закончил за него Гейл.

Ирен чувствовала, эта тема для герцога болезненная. Он будто ощетинился, выпустил колючки. Но почему? К услугам Гейла сотни женщин, а он ведет себя так, будто ни одна ему не доступна.

Файлах виновато потупился.

— Полно, будто я не знаю, что обо мне болтают! Но ты ошибся, тьесса не моя любовница.