Будь как дома, попаданка!

- Ты сам сказал. Только что.

- И какая разница? - зло бросила темнота. - Это что-то меняет?

- Никакой, - честно призналась я. - Просто штрих к портрету. Ты же поэтому считаешь существующую систему образования ущербной?

- И поэтому в том числе, - буркнул маг, остывая

Видимо, почувствовал мою искренность. Подумаешь, не лорд и не аристократ! Зато маг сильный, и чего переживает? Может, потому что конкурент более родовитый? Надо будет поинтересоваться, для общего развития.

- А как так получилось?

- Иногда магическая сила просыпается не сразу, - нехотя признался он.

- Но гораздо хуже, когда родители накладывают на своих детей печать молчания, потому что поле пахать некому...

Глава 6

Кривые ноги не портят фигуру,

если ты толстая, злая и дура.

Я задумалась над его словами. Мои родители меня любили и поддерживали в желании учиться. Просто помочь могли только мешком картошки и закрутками на зиму. На даче же я трудилась, как и другие подростки - не хочется, но надо.

Тогда все так делали, иначе было не выжить. А чтобы лишить сына возможности даже заявить о своем таланте... Это как-то было за гранью добра и зла в моем понимании.

- А у тебя братьев или сестер вообще нет? - осторожно поинтересовалась я. - Или они все такие талантливые, что разбежались раньше, чем ты понял, что к чему?

- Не твое дело, - буркнул Ланс, но, кажется, больше по привычке. Потому что спустя несколько минут продолжил: - лет в восемь я спас посевы нашей деревни от града.

Тогда-то Старший и посоветовал родителям не отправлять такого полезного сына в магическую школу. Мол, выучится, нос задерет, в родные места и дорогу забудет, а в хозяйстве маг Жизни завсегда пригодится.

- И как же ты... ну , выпутался из этой ситуации? - тихо спросила я.

- Наводнение, - коротко ответила темнота. - Магия Жизни не спасает, она просто позволяет умереть в другое время от других причин. Они все погибли, и я ничего не смог сделать.

Просто не успел. Меня отправили остановить падеж скота на горном пастбище, а когда я вернулся, вместо деревни было уже смердящее трупной вонью озеро... Мне было шестнадцать.

Фу, подумала я. Страшно и гадостно. И сама ситуация, и ее исход. Впрочем, как и мои мысли, что неизвестные люди честно заслужили свою участь, тоже были не очень. Но сам Лансель Бриан, кажется, большую часть этой истории уже переварил.