Берег птицелова

Он улыбнулся:

— Сырое еще конечно. Да и без гитары...

— Все отлично... — Эмиль отодвинул «барабан» в сторону и, щурясь против солнца, хитро посмотрел на брата: — Слушай, я что тут подумал. А хочешь сольный концерт?

— Да вы сговорились что ли? — обалдел Эрик. — Хочу! Спрашиваешь! Только когда? Свадьба же!

— Вот как раз во время свадьбы, в Гавани. Самое то! Все же приедут. Приготовишься как следует за зиму. К Ветрам аранжировку сделаем, я на флейте верха сыграю. И ударника позовем из Кивида. Но заранее, за месяц хотя бы.

— Тогда надо еще песню написать, — Эрик снова вскочил, запустив пальцы в кудрявую шевелюру. — Такую, знаешь, о настоящей любви. Вот, чтоб мурашки по коже. Специально для свадьбы.

— Напишешь. И не одну. — Эмиль достал из костра горящую ветку, чтобы снова раскурить капризную трубку. — Все будет! Спой еще что-нибудь, старое. Только повеселее.

Глава 4 Таллиган

Раздражало все. Фиолетовые цветы на склонах. Навязчивое солнце. Корявые сосны, надоевшие тропинки, бестолковые ловушки. И больше всего эти рыбаки! Самоуверенный парень ростом с мачту.

Птицелов прошел по своим маршрутам раз десять — ничего. С ненавистью оглядел остров: привычные очертания скал, синяя полоска моря, небо, выпустившее в себя облака и... бледная Малая луна. Она наберет сил к вечеру. Тогда непременно случится что-то еще.

И тут в голову пришла самая простая и ясная догадка. Луностояние. В нем все дело. Его нужно просто переждать. Пережить. Отсидеться в пещере.

А ещё можно попробовать подкормить нечисть. Если ее задобрить, то, очень даже возможно, перо найдется.

Решив так, Птицелов отправился в свою пещеру, перевернул множество мелких баночек, пока не нашел банку с кусками ванильного сахара, какой хорошо по-праздникам добавлять в кофе. Взял несколько кусочков и осторожно разложил на вершине скалы под круглым зеленоватым камнем.

Рыбаки сидели внизу у костра. Слышалась песня.

— Совсем обнаглели! — вслух сказал Птицелов, вернулся в пещеру, забрался под шкуру и закрыл глаза.

Пока отец Томаша не сошел с ума, то был приличным торговцем жестяной утварью. Скупал ее в гавани у купцов, возил по королевству, продавал с прибылью. Пусть и небольшой.

Отец любил истории. Поколесишь по королевству — всякого понаслушаешься, всяких судеб повидаешь. Томаш ждал отцовского возвращения страстно, ждал не только подарки, но всякие увлекательные небылицы, которые отец рассказывал не скупясь, радуясь благодарному слушателю.