Берег птицелова

Эмиль тоже поблагодарил за обед и ушел, но не в баню, а в гостиную — решать мучивший его вопрос. К вечеру вся комната — диван, ковер и стулья — были завалены книгами. Итта торжествующе бросала на Ив многозначительные взгляды, мол, полюбуйся, уборка твоя...

Эмиль сначала сидел на диване, а когда там не осталось места, переместился в кресло, затем вообще расселся на полу перед шкафом. И все время таскал за собой яркую керосиновую лампу.

Одну за другой он снимал с полок книги, тщательно листал каждую, но на место не ставил, а бросал, чтобы не спутать.

Потом принес из кладовки этажерку и полез на самый верх за справочниками по биологии. Увесистые тома в темно-зеленом переплете — на них ушло больше часа.

Наконец, глаза устали, Эмиль крикнул Итту, попросил принести очки из спальни.

Итта пришла. Увидела его посреди книжного развала, сгорблено сидящего на полу. Он увлеченно листал пятый том Истории Древнего Мира, пробегая взглядом страницы, то вскидывая с надеждой широкую бровь, то разочарованно хмурясь.

Свитер болтался на худых плечах, как на вешалке. Опущенные густые ресницы, длинный, чуть вздернутый нос, чересчур вытянутый подбородок. Тень от керосиновой лампы подчеркивала впалые скулы, крупные, четко очерченные, упрямо сжатые губы.

Получив очки, Эмиль тотчас нацепил их и снова склонился над книгой.

Итта встала сзади, положила руки ему на плечи, помассировала большими пальцами возле шеи, потом предплечья, провела ладонью по позвоночнику — расслабила затекшие мышцы.

— Спасибо. Так намного лучше, — Эмиль закрыл книгу.

— Все. Я пересмотрел все.

— Уверен, что тебе не показалось? — спросила Итта.

— Уверен, — кивнул Эмиль. — Памяти своей я пока еще доверяю. Где же эта картинка? Яркое такое, зеленое перо. Ну, не в детских же книжках?

— А, может, как раз в детских. И почему ты решил, что видел ее дома? Почему не в Туоне? Там библиотека в сто раз больше. И ты ее всю...

Эмиль повернулся к Итте, медленно снял очки и восхищенно поднял правую бровь:

— Тигиль бы сказал: «Приятно иметь с тобой дело!»

— Только не мне, — напомнила Итта.

— Мне он так не скажет.

— Не скажет, но подумает. Ты молодец. Просто умница, — Эмиль встал с пола, распрямил затекшие колени. — Видимо, так и есть. Скорее всего... Я все равно в Туон собирался...

— Сейчас седлать лошадь? — рассмеялась Итта.

— Нет, — Эмиль удивленно уставился на подругу. — Не сейчас. Но ты не будешь против, если я поеду? Или хочешь, вместе? После того, как съездим в Гавань, разумеется.

— Эм...