Берег птицелова

Не суетись, — Эмиль спокойно опустил ладонь на могучее плечо разъяренного громилы. — Дорожишь своей посудиной, так ведь?

— У тебя крыша поехала, музыкантишка? — Тит ухватил Эмиля за горло, придавил сильным пальцем пульсирующую артерию. — Что с моей посудиной? Говори!

Безуспешно дернувшись в сторону и судорожно сглотнув от железной хватки, Эмиль выдавил:

— Сейчас придет охрана долины, устроит проверку. И если заподозрит что — арестует судно. Пару недель простоя. Или месяц. Соображаешь?

— Допустим. — Тит чуть ослабил руку, дал засранцу свободно дышать.

— Хороший вопрос. И еще хороший вопрос — как этого избежать. Просто отвечай честно. Тем более, сейчас охрана придет, тоже начнет вопросы задавать. Заодно потренируешься.

— Ты... ты... ты причем здесь? — сквозь зубы процедил Тит, но Эмиля отпустил. — Ты же, вроде, это... музыкант?

— Я — да, но музыки сегодня не будет. Только разговор. Ты в курсе, что, пока дрых, рыбачку вашу бандиты увели?

— Что-о-о? — Тит выпучил красные, опухшие с пива и выжженные морской солью глаза.

Эмиль неторопливо поправил ворот свитера на пострадавшем горле, одернул тулуп, отчего меч сверкнул ножнами.

— Пить надо меньше, дружище. И меньше трепаться. Шесть всадников тут орудовали. Мечом в Аронью тыкали. Посему вопрос. Верно ли, что в команде эта девица завелась потому, что у тебя с ней шуры-муры?

— Да какое твое дело?! — снова взвился Тит.

Эмиль молча перевел взгляд на свой меч и на меч подруги.

— Судно, Тит, прекрасный твой баркас.

Тит выдал рычащий вздох, взял со стула графин, убедился, что воды в нем, к сожалению, не осталось, и обреченно приложил холодным боком к виску. Видать, голова болела не на шутку.

— Нет, — ответил он хмуро. — Ничего не было. Я таких худосочных не люблю. Тем более горбатых. Бородач к ней с голодухи клеился, да. Только она его в море сбросила, вот с палубы прям за борт. Больше не лез. Да и по правде, боятся ее в команде, — Тит переложил графин к другому виску, посмотрел в темное окно: где-то там качалась на волнах его гордость — баркас-тяжеловес.

— Вот ты мне и скажи, кому она могла понадобиться?

— Да как кому! Всем, кто подзаработать хочет. Мы с ней двадцать трюмов подняли. К исходу сезона богачами бы стали. Эх, жалко, как жалко! Хотел ведь подлатать своего красавца. Гарпун купить модный, с тройной лебедкой...