Берег птицелова

Тигиль постоял, размышляя, глядя в сторону, в зашторенное окно, гоняя в голове напрасные варианты, внутренне споря с самим собой. Все молчали, ждали, что он скажет. Наконец, Тигиль Талески вдохнул поглубже, а затем шумно выдохнул.

— Ситуация патовая. Рисковать я не имею права. Все королевство на кон поставить ради тебя не могу. Так что новости для тебя печальные. Утром передадим тебя из рук в руки на их корабль. Других вариантов нет.

Никто не сказал ни слова, только Томаш неодобрительно кашлянул в кулак.

— Прошу меня простить, — обратился Тигиль к своим, — у меня заседание.

Надо им доложить хоть что-то. Я вернусь.

— Я с тобой, — Эмиль поднялся, не глядя на удивленные, полные незаданных вопросов, лица друзей. — Поговорим по дороге. Польга! Смотри у меня. Не выкини чего. Мои друзья владеют мечами — комар носа не подточит. Эр, головой за неё отвечаете. Все!

— Не волнуйся, начальник! — ухмыльнулась Польга. — Иди с Солнцем. Развлекайся.

Эмиль решительно накинул на плечи тулуп брата, — его собственный сушился в бане вместе с остальной одеждой попавших в шторм людей, и вышел, сгорбившись, чтобы не задеть головой дверной проем.

Тишина на кухне стала невыносимой. И Эрик, понимающий что сейчас ни одна шутка не будет к месту, и Итта, слышащая только жуткий животный страх и отчаяние в душе рыбачки — не нашли ни слова.

Ив, тихо помогающая Атаи по кухне, бегающая в детскую смотреть на дитя, и вовсе закрылась от чужой беды. Проку страдать? Все равно ничем не поможешь. Детей надо беречь. А никак снова война? И все их мальчики сразу на передовую, и она тоже владеет мечом.

А Атаи и малышка останутся, одни, без поддержки, без отцовских рук. Кому они станут нужны? Вот о чем надо думать! Ив пыталась поймать взгляд Итты, хотела с ней поговорить. Но Итта была не здесь, упрямо мучила себя чужими страданиями, упрямо грызла ногти, как всегда, когда замирала в проблеме, не желая ее решать.

Эмиль Травинский и Тигиль Талески вернулись поздно ночью слегка подвыпившими. Не удержались заглянуть в «Одуванчик» и накатить по пинте, обсудить случившееся.

Пиво им не помогло. Оба выглядели напряжёнными, словно каждому попал в ботинок острый, докучливый камень.

В доме никто не спал. Но было темно и тихо. На кухне сидел Томаш.

— Как обстановка? — спросил Эмиль.

Томаш зажег коптилку.

— В общем нормально. Все делают вид, что спят.

— Я договорился о вашем деле. Завтра заберем в штабе Гильдии разрешение на посещение питомника и имя орнитолога я вам разузнал.