По Праву Крови

Он уже начинал вытягиваться, мой двенадцатилетний младший братик! Пошел в маму, как и я, – светловолосый, с синими мечтательными глазами на загорелом лице.

Вдвоем с ним мы вернули папу в сознание. Вскоре тот открыл глаза и уставился на нас мутным взглядом.

- Где… – прохрипел он. – Где он?! Где этот?..

- Его здесь нет, пап! – покачала я головой. – Джулиан его уже проводил. Клянусь, он уехал! Все, забудь о нем!

- Позовите мне Джулиана, – слабым голосом приказал отец. Попытался встать, но не смог, и мы со Стенли помогли ему устроиться в кресле.

- Может, позже?! У тебя только что был очередной приступ…

Но отец был неумолим, и я вздохнула. Судя по всему, ничего хорошего Джулиана не ждало, но он это заслужил.

Поэтому, кивнув, увела Стенли на кухню, оставив мужчин наедине. Решила, что папе уже получше, а Джулиану все равно ничего не грозит – отец побурчит-порычит, но рано или поздно его простит. Слишком уж сильно он нас любил, чтобы долго злиться.

Затем мы станем пить чай с пирожками, а тушеного кролика я все-таки подам на ужин – и у нас будет небольшой семейный праздник.

***

С Джулианом я разговаривала уже после того, как тому порядком досталось от отца. Затем, когда буря улеглась, мы вполне мирно выпили чаю, беседуя на отвлеченные темы. Словно не было ни незваного гостя, так и не познавшего гостеприимства Вердалей, ни скандала, ни папиного приступа, ни его разговора с братом по душам, после которого на щеках Джулиана все еще пылали красные пятна.

Вместо этого мы всесторонне обсудили нашу с Джулианом завтрашнюю поездку в Милерин. Выезжали мы на рассвете вместе с дядей Захарием, нашим соседом из «Хромого осла», везущим на рынок масло со своей маслобойни. Не могли не поехать, потому что до истечения срока уплаты по закладной оставались как раз два дня и дальше откладывать уже было невозможно.

Папа рвался поехать вместе с нами, но он не мог. В последнее время приступы участились, и провести почти двое суток в седле было бы для него смерти подобно.

Да, конечно, деньги мог отвезти и Джулиан, но я знала, что отец ему не доверял. Не говорил об этом вслух, но так уж вышло, что положиться он мог только на меня.

К тому же у меня был еще один уважительный повод для поездки в Милерин. Пришло время исполнить то, что я пообещала маме перед ее смертью.