По Праву Крови

И пусть я привыкла к постоянной работе, полетам на Грезе и занятиям фехтованием – сперва нас учил дядя Эстебан, затем меня с Джулианом натаскивал отец, а теперь он гонял нас со Стенли, – я все равно порядком запыхалась.

Зато жрицы, судя по их невозмутимому виду, даже не сбились с дыхания. Стоило нам оказаться в коридоре, как они тут же уверенно двинулись дальше. На это я взмолилась, запросив у них пощады. Сказала, что мне нужна хотя бы минута, чтобы перевести дух, и что Богиня Бартетт учит нас быть милосердными…

И они смилостивились.

Пока я приходила в себя, пытаясь отдышаться, успела разглядеть несколько одинаковых дверей, выходящих в длинный коридор, который заканчивался просторным балконом с мраморными колоннами. Между этими колоннами синел край неба, а еще где-то справа высилась крыша Адмиралтейства и шпили храмов Богу Торну.

- Верховная Жрица уже ждет, – напомнила о себе одна из сопровождающих.

Вторая тем временем подошла к ближайшей двери и, постучав, распахнула ее передо мной.

И дверь за мной тут же закрылась.

Впрочем, эта встреча меня нисколько не страшила. Я боялась лишь одного – того, что Эрна выгонит меня, стоит мне обратиться к ней с просьбой, и я так и не узнаю, что случилось с Джулианом, и не пойму, как ему помочь. Вместо этого мне придется вернуться в «Красный Петух» и дожидаться, мучаясь от собственного бессилия, пока неприятности не заставят себя ждать.

Но у меня все еще был призрачный шанс их предотвратить.

Поэтому я спокойно оглядела просторную, хорошо обставленную комнату, наполненную легким травяным запахом. Задержалась взглядом на мягкой мебели, на дубовом письменном столе и расписной ширме с яркими птицами в углу. Затем скользнула глазами по книжным полкам и расставленным повсюду курящимся ароматическим свечам. Окна были распахнуты настежь, и гулявший по комнате ветер трепал огоньки на фитилях.

К тому же из комнаты Верховной Жрицы открывался чудесный вид на огромный город и на далекие зеленеющие поля за его крепостными стенами.

Впрочем, куда больше прекрасных видов меня интересовала поднявшаяся с софы, отложив в сторону свиток, женщина средних лет. Подозреваю, ей было около пятидесяти, но лицо Верховной Жрицы до сих пор хранило следы прежней красоты. В отличие от остальных обитательниц Башни, одета Эрна была в белоснежную мантию.