Свидетель защиты

— Уф, — коммерческий директор промокнул платком вспотевший лоб и повернулся ко мне. — Что тут делает скотина?

— Ме-е-е-е! — возмутился козел. Мог бы и промолчать!

— Без понятия, — развела руками я. — Приблудился.

Юбочкин потер нос и обвел взглядом окрестности. Пейзаж вполне урбанистический: пустырь, уродливые коробки заводских цехов, дымящие трубы, вдали территория обнесена колючей проволокой.

— Наверное, дырку в заборе нашел, — заключил Юбочкин неуверенно и пригладил рукой растрепанные волосы. — Вон, вдоль теплотрассы травка молодая растет, за ней и полез, наверное.

Теперь-то с ним что делать?

Хороший вопрос.

Бедный коммерческий директор был в явной растерянности. Ревизоры пропадают, козлы появляются — сплошной хаос!

Мы с Сергеем Петровичем переглянулись. «Не бросай меня!» — читалось в его перепуганных глазах. В душе шевельнулась жалость. Он, конечно, тот еще козёл, но все-таки... У нас тут волки, само собой, не водятся, но люди бывают похуже волков. Неприкаянному козлу несдобровать.

— Давайте я его выведу, — предложила я хмуро.

— За территорию. А там привяжу к забору. Рано или поздно хозяин найдется.

Если бы все и впрямь было так просто!

Хорошо еще, никто не заметил, что у него ни ошейника, ни обрывка веревки. Не похож козел на домашнего.

— Отлично! — обрадовался Юбочкин, решив хоть одну проблему. — И... Насчет премии вы не переживайте, я с Марией Ивановной поговорю.

Он махнул на прощание и скрылся в заводоуправлении, а мы с козлом посмотрели друг на друга.

— Пойдем, Сергей Петрович?.

. Тьфу! — звать козла на «вы» и по имени-отчеству было как-то дико. Он не сдвинулся с места, наоборот, рога выставил, и я разозлилась: — Ну и оставайтесь! Ждите, пока сами обратно превратитесь. Могу положить ваши вещи на лавочке. Хорошо?

Козел моргнул и яростно затряс головой. Ага, не нравится! Представляю, какие слухи пойдут, если найдут его одежду. Не купаться же он отправился, правда? Могу поспорить, самая живучая версия будет «Ревизор сошел с ума и бегал голышом по заводу, но от нас скрывают правду!»

Он переступил с копыта на копыто (убей, не помню, козлы парнокопытные или нет?) и ткнулся теплым носом в мою руку.

Мол, веди давай.

— Я пока буду звать тебя Петровичем, ладно?

Козел уже и на это был согласен...

***

На проходной мне не повезло. Дежурил балагур Павлик, который давно — и очень грубо — со мной заигрывал.

При виде меня рука об... копыто? Короче, меня с козлом Павлик вытаращил глаза и комично приоткрыл рот.