Наследие Сири

Ему было лет пятьдесят, но его холеного лица почти не коснулись морщины, лишь тонкие, еле заметные «гусиные лапки» выдавали возраст, но такой след могли оставить привычка щуриться от солнца, или мимика, которой он сейчас меня «потчевал». Под шубой было темное, похоже, коричневое платье рубаха, шерстяное, или нет, я не поняла, но плотное. Оно доходило до середины голени, на ногах кожаные сапоги, голенище которых украшал мех. Скорее всего внутри они тоже были меховыми. Интересно, они догадались стричь мех? Судя по тому, что модель достаточно узконоса, да.

Он подошел ближе, и подал мне руку. Мои ноги развязывал похититель, потом быстро натянул валенки, и накинул на плечи шубу. Он нервничал, торопился быстрее покинуть это место. Мне показалось на миг – он боялся, что его убьют, как только он передаст меня.

- Я Сири, а как зовут всех вас? – я спустила ноги в валенках с саней, и не торопилась встать, покрутила ступнями, посгибала ноги в коленях, запустила руки в рукава шубы.

А он так и стоял с улыбкой и поданной мне рукой.

- Достаточно церемоний, нам пора, - его отодвинул Жаман, и поднял меня из саней, схватив под руку, – по дороге ты все узнаешь, у нас будет очень много времени на разговоры. – он тащил меня по пирсу так быстро, что мне приходилось бежать. Перед тем, как подняться в лодку, я обернулась – эти двое уже были за нашими спинами, а возле костра похититель садился верхом, он не смотрел в нашу сторону.

В лодке я села на лавку так, чтобы мне было видно берег. Мы отчалили, и достаточно быстро гребцы отвели судно от берега, и костер становился все меньше и темнее. Внутри отрывалась ниточка, связывающая меня с этой уже привычной жизнью. Это ощущение было очень похоже на то, как меня маленькой приводили в ясли – раннее утро, мороз, открывается дверь в помещение, мы заходим с мамой в запах каши и других детей. Сейчас мне обметут валенки, и отдадут этой чужой, хоть и улыбающейся женщине.

И как на зло, в тот момент, как я уже во взрослом состоянии понимала, что это был ежедневный рейс самолета, раздавался этот противный гуд в небе, добавляющий моменту трагичности. Меня оставили. Навсегда. На…сов…сем!

- Мое имя – Мальян, моего спутника зовут Жаман, а спутницу – Ониси, мы не желаем тебе вреда, - этот слащавый купчишка, а он именно такое впечатление создавал, подсел ко мне рядом.