Наследие Сири

- Тала Ониси, - Оми опустила глаза перед Ониси, и я вспомнила, как Ониси несли в клетке на берег, - все готово, я могу закончить дела? – она поклонилась перед ней, ожидая ее разрешения.

- Да, Оми, сделай все правильно, и не отходи от нашей гостьи, - я через край чашки видела, как она сверкнула глазами, делая акцент на том, что за мной нужно смотреть безотрывно, - сегодня не выходите, если что-то понадобится, за дверью есть люди, пусть позовут меня.

- Отдыхай, Сири, скоро принесут еду, я вижу, тебе понравился нари, - она улыбнулась снисходительно, – много лучше не пить, голова будет мутной, как вода весной, - она кавнула Фари, которая стояла столбом в темном углу рядом с Оми, и они поднялись по лестнице, открылась дверь, как будто там за ней прислушиваются к каждому шагу.

- Я помогу помыться, и одеться в чистое, тала Сири, - Оми не смотрела мне в глаза, как не смотрела в глаза Ониси, мне бы разобраться в их социальном строе, и понять – кто эти девушки.

Я улыбнулась, и сказала, что хочу немного еще полежать, она опустила голову и отошла в темный угол.

Потолок был низким, стоять можно было только чуть наклонив голову. Ростом Ониси, примерно, как я, но стояла она, широко расставив ноги, и сложив руки на груди. Думаю, для того, чтобы не повторять позу служанок, не наклонять головы книзу. Кофе был немного пережарен, но это был кофе – хоть какая-то радость.

Ведро горячей воды и мыло сделали мир вокруг еще приятнее. Деревянная небольшая ванна, в которую меня усадила Оми, была маленькой, и колени пришлось подтянуть к подбородку.

Помыть себя я не дала, лучше сама. Было холодно, и я торопила ее поливать меня водой. Но голову с мылом она помассировала и промыла чистой водой, а после, нанесла на волосы очень ароматное масло, похожее на аргановое. Незнакомая девушка принесла еще одно ведро, и Оми полила на меня, давая ополоснуться. На кровати лежало мягкое полотенце, мягкие, но видно, ношенные черные брюки из тканого хлопка, черная рубашка и меховая куртка из овчины, теплые тапочки, как у Ониси.

Она вытерла мне голову, и начала подавать вещи. В каюте было холодно, и как только вода перестала литься на плечи, кожа покрылась мурашками. Девушка, что приносила воду, теперь вычерпывала ее, и подавала наверх, в дверь, обратно ей возвращали пустое ведро. Она помыла ванну, протерла, и ушла, поклонившись мне. Она тоже была светлой. Может северяне здесь рабы? Оми достаточно шустро подгоняла ее.