Наследие Сири

Мы перешагивали желобки в земле – вода сливалась к пальмам.

Карета ждала, и когда открыли дверь, там уже сидел Ваал. Я села напротив, и сняла колпак. Ваал был каким-то дерганным, хоть и улыбался как вечером на рауте, но его что-то угнетало.

- Одрус Ваал, я рада вас видеть, но я вижу, что у вас в голове есть какая-то печаль, или забота, и вы думаете о ней, - я решила его немного обезоружить, сбить с толку, чтобы он чуть почувствовал себя слабым. Мы были одни, и я не унижала его, не открывала его.

- Нет, все хорошо, просто, очень плохо спал сегодня.

Давайте начнем с города, и вы увидите все мастерские и дома. Узнаете как живут люди, и что у нас есть. А потом мы погуляем по берегу, увидим рыбаков и место, где они обрабатывают рыбу. Далее, мы можем посетить верфь, вам скорее всего, как женщине, не интересна эта сторона жизни земель….

- Нет, нет, давайте посмотрим и верфь. Мне не понятно ничего в этом, но очень интересно. И видеть такие огромные лапахи – горло захватывает от воздуха. И море там очень красивое, в наших лесах нет моря, а мне так нравится цвет воды и запах.

– я делала воодушевленное лицо женщины – поэта. На верфь мне хотелось попасть больше всего. Верфь и берег моря, это единственная дорога домой.

- Хорошо, но мы еще должны посмотреть сады и место, где плавят железо. Мы делаем много железных приспособлений. – Он гордился рудниками и тем, что железо покорилось им. Когда о нем начали говорить, его глаза загорелись – вот его тонкое место, место, которое он знает лучше всего.

Посмотрим, как много он знает о другом, о том, что не касается железа. Вода с годами убивает и железо. А слово убивает человека незаметнее, чем железо.

Я улыбнулась ему максимально открыто. По дороге до города я восхищалась видами, теплой погодой, воздухом, который наполнен приближением тепла. Я не выспалась, и проспала утро потому что всю ночь готовилась к встрече.

- Одрус Ваал, я так очарована вашими землями, что не спала всю ночь, и сочинила песню. Вы любите песни? У нас их поют на ярмарках, я слушала в детстве песни, что пела мне мама, и сейчас у меня родились слова.

Я могу вам спеть. – Я говорила смущенно, как моя подруга поэт, которая сначала предлагает послушать пару строчек, а потом весь вечер мучает своими виршами.

- Конечно, обязательно, Сири, у нас так мало людей, что могут слагать песни! – У него загорелись глаза, и было видно, что он хотел развлечься. – Не смущайтесь, пойте, если нужно, мы задержимся перед въездом в город.