Большое Драконье Приключение

Не без ехидства наблюдавший за этими манипуляциями Санди отделался цветком в петлице: отчасти потому, что по природе был аккуратен, а отчасти оттого, что Дигэ была слишком занята своим благоверным, а Сэсс его боялась.

— Как хорошо, — шепотом заметил Сверчок, — что я не иду на праздник. Иначе они, как пить дать, повязали бы мне бантики.

Когда стемнело, дракон распластался у входа в пещеру, и возбужденная компания вскарабкалась на его шею в следующем порядке: Санди — управляющий, за ним Сэсс, слегка страдавшая, а может, только делавшая вид, что страдает головокружениями, а потому немедленно вцепившаяся в его пояс, потом Дигэ, обхватившая ее талию, и Брик, который уж жену-то из рук ни за что бы не выпустил.

Только при рассаживании хохота было столько, что хватило бы на небольшую вечеринку.

Сверчок разбежался и взмыл в ночное небо. Тьма была и справа, и слева, и сверху, и снизу. Сверху, впрочем, сияли звезды и луна, а снизу доносились взрывы веселого смеха и музыка, и тут, и там видны были яркие огоньки костров.

Брику было не до смеха. Он впервые ощутил мощь воздушных потоков, бывших родной стихией дракона. И хотя к Сверчку он привык настолько, что запросто часами с ним перебранивался, здесь, в воздухе, где он был в полной власти дракона, ему стало не по себе от неестественности происходящего. «Если бы бог, — подумал он, — допускал, что люди смогут летать, он дал бы им крылья». И до самого конца полета его не покидало ощущение, что он совершает нечто запретное. Со спины Сверчка он слез, имея твердое убеждение, что люди не должны летать, а если они набираются дерзости делать это — пусть пеняют на себя.

На площади, куда они пробрались тишком, гремела музыка. Среди разложенных «конвертом» костров под извлекаемую из скрипок и аккордеонов веселую польку вертелись смеющиеся пары. Ни один нормальный человек не способен испытывать два сильных ощущения сразу. Брик обхватил Сэсс за талию и с какой-то шуткой исчез в толпе. Дигэ смеющимися глазами посмотрела на Санди.

— Ну, — сказала она.

Вагант, ничуть не смутившись — а когда он смущался? — подал ей руку, и они присоединились к польке, сменившейся вскоре кадрилью.

Через час обе пары встретились у «бара» — огромной бочки с элем, откуда полагалось зачерпывать кружками.

— Верни жену! — хрипло взмолился Брик. — Помилуй бог, ну и пляшет эта девчонка!

— Молодчина, — шепнула ему Дигэ. — Как ты догадался?

— Да пойди мы с тобой танцевать, этот зануда точно испортил бы девочке праздник.