Сны о красном мире

Нужно было успокоиться, но глядя на двух мужчин, которые зажали в тиски ее ближайшее будущее, сделать это было не так просто, поэтому Милена, оставив лорда и советника, принялась рассматривать обстановку и неожиданно для себя увлеклась. 

Зал был роскошен и красив неимоверно. Взять хотя бы великолепный орнамент и лепку — создавалось впечатление, что в углах зала стоят исполинские деревья и своими ветвями держат мозаичный потолок, на котором без всяких видимых креплений в огромной прозрачной полусфере, увитой побегами, сделанными из какого-то металла, висел огненный шар, заливающий зал ярким светом.

У самого пола стены были обшиты деревянными панелями, на которых проступал причудливый рисунок. Чуть выше, в изящных серебряных рамах, свитых, казалось, из множества тонких нитей, в которые были умело вплетены выточенные из сверкающих темных кристаллов цветы, холодно поблескивало несколько огромных зеркал. Девушка заглянула в одно из них и увидела себя словно окруженной волшебным золотистым сиянием.

Она шевельнулась — отражение повторило, а золотистый ореол качнулся следом. 

Волосы выглядели ужасно. О шампуне и расческе оставалось только мечтать. Хорошо хоть синяки почти прошли. Милена кое-как убрала с лица спутанные пряди. Все-таки кандалы смотрелись дико, мешали, да и к тому же сильно натирали запястья. 

«Невероятное зеркало!» 

Девушка рассматривала себя, словно вперые.

Глаза были большие, карие, диковато блестящие с длинными черными ресницами, под прямыми, чуть приподнятыми к вискам бровями. Небольшой аккуратный прямой нос, четко очерченные губы, округлый подбородок, высокие скулы. Черные волосы, чуть вьющиеся и не такие густые, как хотелось бы. Светлая с легким золотистым оттенком кожа, которая быстро загорала на солнце. Вполне обыкновенное лицо, но глядя на себя в это зеркало, девушка невольно улыбнулась — она впервые увидела себя такой… красивой, несмотря на поджившие синяки и несвежие волосы.

Заметив в зеркале наблюдающих за ней Кодвилла и лорда-протектора, Милена сообразила, что уже больше минуты они не произнесли ни слова. Улыбка исчезла с ее лица, а восхищение в глазах вмиг сменилось растерянностью. Где-то там, в душе, страх, повизгивая от радости, спешил занять место, которое раньше уступил.