Кошка Белого Графа

Ой, бабка Фрейя, у нас ребёночек в лесу потерялся, не поищешь? Ой, бабка Фрейя, у нас лисица повадилась цыплят таскать — не проучишь? А ты сама живёшь — дрожишь и девчонку свою запугала. Вот и удрала она от тебя… Ты покров-то накинь. Простынешь, кто дочь спасать будет?»

— Я её к тебе привезти хотела, — сказала Гудрун. — Думала, ты знаешь, что делать. Ты же всегда говорила, что с самим богом зверей дружна…

«Надо же, запомнила, — рысь фыркнула снова, на этот раз сочувственно и даже, пожалуй, смущённо. — Зверям не нужен бог, они сами управляются.

Это я тебе, маленькой, сказки рассказывала».

Гудрун тяжело осела на колоду.

— Я к соседу пошла, — заговорила она мёртвым голосом. — Договориться, чтобы отвёз в Веровею. Всего-то час меня не было. Майра, дурочка, её во двор выпустила, а она скок через забор.

Гудрун помолчала, глядя перед собой.

— В храме клянутся, что не видели никакой кошки…

«Что-то ты скрываешь, племяшка».

— Ты что же, и мысли читать выучилась?

«Не выучилась, — усмехнулась Фрейя.

— В сны могу заглянуть, ежели очень надо. А мысли твои мне ни к чему. Виной и смятением от тебя и так за версту разит».

Гудрун не шелохнулась, холодно радуясь пустоте в сознании.

«Души в тебе не осталось, Гунька, вот что. Видно, вместе с даром вышла. Один расчёт. А всех чувств — страх да зависть. Заедало тебя, что девчонка твоя вволю живёт, а ты свою кошачью половину в отхожее место выкинула и её к тому же понукала».

— Что за чушь ты несёшь, — Гудрун прикрыла глаза.

— Я хотела ей счастья. Чтобы не как у меня. Если бы я до свадьбы к Дакху сходила…

Рысь зарычала, оскалив клыки:

«Дур-ра ты, Гунька! Ох, дур-р-ра…»

Переступила, царапнув когтями по мёрзлой коре, тряхнула головой — кисточки на ушах качнулись.

«Ладно, не горюй, придумаем что-нибудь. Ты ведьму-то эту хоть видела?»

— Когда бы? — Гудрун вздохнула. — Я даже не знаю, где Льеты остановились.

«И узнать нельзя?»

— Можно, но… Страшно мне стало, — призналась Гудрун. — Карин там что-то видела или слышала.

Иначе — зачем, не забавы же ради? Я у неё не спросила, не до того было, и она не вспомнила. А потом, когда кавалер с дочкой явились… Я и так на риск пошла. Платье мы, говорю, упаковали, но заказчику пока не отправили. Если вы предложите нам нечто более ценное, чем шесть тысяч марок, это чудесное платье может стать вашим. А он не по-благородному так: «Ты чего, швейка, очумела?!» Я после этого уже и дух перевела. Точно не они, думаю.