Потерянное сокровище

— Воспитанница?

— Воспитанница? Это невозможно? Откуда?

Незнакомки одновременно и довольно смешно открыли рты, изумляясь новости.

— Вы не представились, — напомнила о приличиях. — Меня действительно зовут Алисандра Бассет, и я приехала к своему опекуну.

— О боги, — обмахнулась веером рыжеволосая, — мне сейчас плохо станет.

Сев на кресло, она все-таки нашла в себе силы назвать собственное имя. Так я познакомилась с геррой Тилни, графиней, вдовой и очень популярной дамой в городе.

Она расспрашивала меня обо всем и ни о чем.

Едва ли слушала мои ответы, вряд ли запомнила то, что я ей рассказала. Но единственное, в чем я была уверена, Кейна она знала хорошо, как и Элизабет. Позволяла себе насмешки в их адрес, вела себя открыто, без смущения. От Эльвиры Тилни чувства остались двоякие.

К счастью, надолго красавица не задержалась. Терпеливо дождалась, когда ее покупки упакуют, и выскочила на улицу, заверив, что обязательно напросится в гости.

— Кто она? — обратилась к экономке, пока модистка записывала мерки.

— Ой, не спрашивай, — отмахнулась герра Буршье. — И чего Кейн в ней нашел? Смазливая, вот и все ее достоинства.

Ну, я была совершенно не согласна. Достоинств в рыжеволосой я нашла массу. Кажется, кто-то ревнует, но уличать Элизабет я не стала. Хоть понятней становилось, откуда у Эльвиры столько познаний о семье Берли.

Дальше началась форменная пытка. Я не привыкла стоять долго и неподвижно. В монастыре меня вечерними и дневными туалетами не баловали.

К тому же, я не разбиралась в моде, не знала, что прилично надевать к завтраку, а что оставить для ужина. Все заботы о нарядах взяла на себя Лиза, разрешившая называть себя кратким именем.

— Так, — взглянула она на часы. — Нам еще нужно успеть встретиться с герром Берли в банке, а потом можно ехать домой.

— Еще и банк? — безумно захотелось простонать.

Мы провели в лавке половину дня, мучительно делая выбор между красным бордо или красным краплаком. Как я не приглядывалась, разницы не заметила.

Три часа превратились в три дня. Чего не вытерпишь ради того, чтобы быть красивой?

Мы не обедали, а я, вообще-то, намеревалась изучать город, а не вот это вот все.

Ныть я, естественно, не могла. Приличные герры мысленно вздыхают, прячась, закатывают глаза, но не жалуются.

— Да, банк, — кивнула Буршье, выписывая щедрый чек модистке. — Идем, до него недалеко.

Все что угодно, лишь бы выйти из проклятого места.