Потерянное сокровище

С этими мыслями я и заснула, разрешив Джастину устроиться у меня под боком.

Ночь прошла безмятежно, никакие кошмары меня не мучили, зато утро началось с чужого, плаксивого писка.

— Ты хочешь гулять, да? — лениво потянулась за непоседливым псом.

Он бегал туда-сюда, словно все понимал. Спрыгнул с постели, поскребся у двери. Помня о наказе хозяина дома, я наскоро натянула домашнее платье, закрутила волосы в небрежный пучок и выскользнула за дверь.

Кажется, встала я чересчур рано. Не было слышно скрипа половиц на кухне, свирепого голоса герры Буршье, ругающей прислугу.

Все спят, я одна брожу по коридорам.

На часы, глупая, и не посмотрела, но деваться некуда. Не хочется потом стоять с виноватым видом, пока герр Берли будет отчитывать меня за найденного питомца.

Я открыла дверь, сделала шаг на тихую улочку, вдыхая свежий воздух. Солнце едва поднималось над горизонтом, вокруг ни души, но у порога уже валялась новая газета.

Улочка, на которой расположился особняк Кейна, с названием «Улица Святого Лоуренса», была довольно живописной, милой.

Все дома огорожены невысоким белым штакетником, на пустой территории поставили фонтанчики и поилки для птиц. Всюду виднелись подстриженные, изумрудные лужайки, цвела сирень, наполняя воздух сладковатым ароматом. Клумбы аккуратно высажены.

И ни души...

Правда, с выводом я поспешила.

— Если твой зверь испортит мои крокусы, пусть Кейн пеняет на себя, — без приветствий ко мне обратилась низкая старушка-соседка.

Женщина была седой, с собранными в бигуди длинными волосами, в длинной ночной рубашке и очень ярком, цветистом халате, от которого начиналась рябь в глазах.

В одной руке она держала лейку, а во второй выбивалку от ковра.

— Простите, но как? — вспыхнула я то ли от сонливости, то ли от недоумения. — Он же на поводке.

— Не знаю как, — фыркнула незнакомая герра. — Один помятый цветок, и я отправлюсь в городской совет. Надоело. Мы здесь все честные и порядочные, а все равно этому грубияну, нахалу разрешили купить дом.

И кого он водит....

Кого?

Это она про меня?

Она себя-то видела? Я прилично одета, даже причесана. Не сияю нижним бельем на весь переулок.

Притянув поводок поближе, я ошарашенно уставилась на пожилую женщину. Меня учили выказывать уважение к старшим. И если они сварливые и чудаковатые, делать сноску на их странности.

— Мы не представлены, — начала робко, — меня зовут Алисандра Басс...

— Да какая разница?— перебила вредная старуха.