Потерянное сокровище

Девушка заробела, я заметил, потому что научился улавливать ее эмоции, но для остальной публики она казалась невозмутимой, степенной. И на герра Хогана ее холодность впечатление произвела.

— Я буду польщен, если в конце вечера вы уделите мне несколько минут, герра Бассет.

— Постараюсь, — ничего не обещала Алисандра.

Моя девочка.

Теперь пронзительный взгляд Майкла был обращен на меня. Герцог снова произнес слова приветствия. Беседа завязалась между мной, им, четой Браунов. Герра Тилни делала вид, что ее интересует гость с другого бока, но я прекрасно знал, что рыжая ловит каждое слово.

— Простите, герр Берли, — кашлянул новоприбывший. — А не слишком ли скандально, что ваша подопечная проживает в одном доме с неженатым мужчиной? По городу ходят самые разные сплетни, в том числе что графиня в поисках подходящего жениха. Ваше соседство губительно скажется на ее репутации.

— Вы хотите предложить в соседи себя? — веселился я.

— Боги, нет...

— О, если проблема в этом, то мы можем приютить герру Бассет, — услужливо предложила хозяйка.

Такая честь. У нас большой дом, с Лилиан они обязательно подружатся, девушки — ровесницы.

— Об этом и речи быть не может.

Ага, оставлю я ее на растерзание хлыща Генри.

Мой тон пыл супружеской четы не охладил. Втюхивали себя Брауны довольно настойчиво, мое терпение было на исходе. Но, вот, повернулась Эльвира...

— Не переживайте, герра Браун, за Алисандрой присматриваю я. Я же подхожу? — подруга обольстительно улыбнулась, осознавая, какая о ней ходит слава.

— Я вдова, вышла из юного возраста. Мы прекрасно проводим время с моей воспитанницей.

Даже мне было сложно проглотить усмешку. Но герру Тилни в светском окружении не ругали, если злословили, то тихо, так, чтобы никакие оскорбления не донеслись до ее ушей. Она умела мстить и словом, и делом, и монетой.

— Да, наверное, вам виднее, — растерялась женщина.

Завидев, что публика начала скучать, что все наелись, и к столовым приборам больше не притрагиваются, она сделала объявление о концерте.

Не забыла про меня, черт бы ее побрал, опять повесила мне на шею свою дочь.

Мы перешли в другой зал, там уже расставили стулья, настроили фортепиано, а юная Лилиан, вся дрожа, отправилась к инструменту.

Меня и герра Хогана усадили впереди, как самых почетных гостей. Эльвира и Ульс были где-то неподалеку. Проклиная этикет, попросил друзей одними губами, чтобы присматривали за девчонкой.

Пытка началась.