Рассекающая песнь ветра: Алый

Не пасуешь перед трудностями. За это ты мне и нравишься.

– Валик, мы сейчас покинем сей гостеприимный дом! – пригрозил ему синшили, и, взяв меня за руку, двинулся в сторону двери.

– Ладно, больше не шучу, – сдался он и серьезно спросил. – Ника, я конечно рад за него, что ты помогаешь ему… Но я должен спросить тебя. Ты уверена в своем решении? Разводов, принятых в человеческом обществе, у темных не существует. Дороги назад уже не будет. Только смерть разлучит и расторгнет этот союз.

– Я уверена, Вольдемар.

Я хочу помочь Алену, даже ценой собственной свободы.

– Я тебя понял. Хорошо. Тогда-с приступим к венчальному обряду. Вставайте в центр круга, беритесь за ручки и внимайте мои речи. Не бойся, Ника, читать буду на древнем языке темных. Ты мало что поймешь, но Ален подскажет что сказать и когда. Справишься с этим? – глянул смотритель на синшили, дожидаясь его согласия.

– Справлюсь.

– Тогда приступим.

Я не пожалела, что согласилась на обряд, который дался мне... нелегко. Нечто незримое тянуло меня к земле в момент проведения ритуала.

Слушая неразборчивое чтиво Вольдемара, я чувствовала, как ноги начинают слабеть, не слушаться и клонить свою хозяйку все ниже и ниже. Сама не заметила, как опустилась на колени, чтобы окончательно не свалиться. Ален опустился вместе со мной, не отпуская моих рук, и с сожалением смотрел на мои страдания. В его взгляде читались извинения и раскаяние. Как обычно он винил во все себя одного. Но я решила, что должна справиться с этим, должна спасти и защитить того, кто мне дорог.

В какой-то момент Вольдемар замолчал и, заметила, как кивнул моему синшили, словно чего-то ожидая. Получив незримое согласие, мужчина подошел к нам и, полоснув наши запястья небольшим ножиком, продолжил свое чтение. Ален положил свои руки поверх моих запястий и предплечий, обхватив ладонями мои локти. Мне не совсем была понятна эта манипуляция с его стороны, но вскоре я все поняла. Слабость в ногах — это цветочки. Ягодками оказалась боль, что обожгла мои руки в местах порезов, которая, как раскаленная лава, стремительно начала растекаться по всем клеточкам моего тела.

Из глаз невольно брызнули слезы. Вольдемар, судя по интонации, что-то спросил у Алена и тот ему незамедлительно ответил. После пришла и моя очередь давать ответ.

– Повторяй за мной, Ника, – прошептал Ален и сказал какую-то кракозябру.

Я повторила за синшили, надеясь, что все правильно произнесла и этот ад скоро закончится.