Легенды Пятиречья

Звук был самый обычный, но в ночной тишине показался оглушающим. Они проснулись одновременно в полной темноте и не сразу вспомнили, где находятся, но потом разобрались и стали шарить в темноте в поисках лестницы и друг друга.

- Надо было днем посмотреть, где тут спуск, - сказал Амаддариэл. - Не хочется как-то наощупь двигаться.

- А-ай, ой, мамочки, кажется, я нашла край! И чуть не грохнулась!

- Подожди, где-то должна быть лестница... Ага, вот она. Так, я первый.

На их счастье, старая конюшня оказалась не заперта.

Снаружи было немного светлее: луна уже взошла на небо, и они поспешили вперед, укрытые от всех сумерками. Если не приглядываться: два парня пошли куда-то на ночь глядя. Мало ли что могут удумать молодые ребята в такую теплую праздничную ночь? Гуляющих в такой поздний час было мало, и они, в основном, были пьяны, так что их никто не замечал.

Некоторое время они шли молча, и уже вошли в ворота храма, за которыми простирался ухоженный парк, когда навстречу им вышел высокий эльв с фонарем:

- Эй, хулиганье, вы что тут.

.. Ой... Господин Амаддариэл? - неуверенно протянул он, посветив правителю в лицо. Тот прищурился и чуть отвернул голову от света. Эльв придирчиво осмотрел прическу повелителя и его одежду, точнее, почти полное отсутствие оной.

- Добрый вечер, Служитель. Мы тут погуляем немножко, пока людей нет, вы не против?

- Нет, конечно не против. Приходите в любое время, храм для вас всегда открыт!

- Спасибо.

- Не нужен ли фонарь?

- Нет, спасибо. Мне бы не хотелось, чтобы нас кто-то узнал.

- Ладно. Тогда спокойной ночи. Если буду нужен - я в доме.

И он зашагал на другую сторону улицы.

- Не нравится он мне, - сказала Томи, прихватив Амаддариэла за рукав. - Взгляд у него какой-то... нелюбезный. И чего он по ночам шляется?

- Он служитель, и весьма ревностно относится к своим обязанностям. Домой ходит только поспать.

- Все равно не нравится. Ты видел, как он на меня смотрел?

- А ты еще не привыкла, что люди тебя разглядывают? Представь себя на его месте: идешь себе по родному храму, и тут из темноты на тебя выныривает иномирец.

- Ну да, жутковато.

- А вот и Камень показался.

- Где?

- Вон, справа светится.

- И правда, светится. Пойдем, посмотрим?

- А иначе зачем я через все это прошел. Пойдем, конечно.

Камень был большой: одна только сердцевина размером с голову ребенка. Он мягко лучился желтоватым, едва заметным светом. Амаддариэл привычно огладил его по лепесткам. Камень отозвался легкими завихрениями.