Легенды Пятиречья

- Через два дня будет парад женихов, а потом мне этими свадьбами покоя не дадут.

- Кстати, о параде женихов. Скажи, с какого возраста в нем уже не участвуют?

- Нет такого возраста. Просто со временем человек либо женится, либо ему не до женитьбы.

- Хочешь сказать, Сайлус и Лаони тоже пойдут?

- Среди женихов? Ну, это вряд ли. Они всегда на парад приходят, но смотрят из толпы, проводят подсчеты: сколько цветков вплетается, сколько потом свадеб да сколько детей. А Сайлус сейчас в таком виде, что вряд ли выйдет вместе с молодыми.

- Что ты имеешь в виду?

- Волосы, разумеется. Они еще не отросли, он их даже заплести не может, какие тут цветы.

- Плохо, - сказала Томи больше сама себе, но Амаддариэл понял это по-другому.

- Конечно, плохо. Я ему говорю: тут нечего стыдиться. Нужно просто примириться с этим и вести себя как обычно.

- И как он?

- Старается.

- А может, ему наоборот, следует вести себя более... ну, не как обычно, а вопреки.

- Иногда ты говоришь очень непонятные вещи.

- Смотри: он лишился знака своего возраста, символа солидности, верно?

- Ну.

- И теперь каждый взгляд заставляет его думать об этом, каждая улыбка кажется снисходительной, а случайный смешок - насмешкой. Так?

- Так.

- А теперь скажи мне, что ты сделаешь, если у всех на виду упадешь в лужу.

- Внутренне расстроюсь, но буду смеяться вместе со всеми, чтобы людям не нужно было давиться смехом, а мне - умирать со стыда.

- Вот именно! Ему не нужно прятаться в ожидании, пока все отрастет.

Она изобразила "веселого" Сайлуса.

- Звучит безумно, но в этом что-то есть, - задумался Амаддариэл. - Я бы, пожалуй, так и сделал.

- Так посоветуй ему!

- Я попробую.

- Обещай, что уговоришь!

- Зачем тебе это?

- Может, мне стыдно. Все-таки, в этом есть и часть моей вины, - покаялась Томи, имея в виду инцидент в стане урлангов.

- Хорошо, обещаю, что приложу максимум усилий.

- Какая обтекаемая фраза. Будто с Тиррой разговариваю.

Правитель только хмыкнул. Небо прояснилось, и луна ярко осветила храмовый сад, заставив засверкать стекла, которыми были выложены лучи огромной звезды на площадке.

- Красиво, - выдохнула Томи. От возникшего вокруг волшебства и очарования захватило дух и закружилась голова.