Легенды Пятиречья

Тамиладу подошел к Тоне и попытался ее успокоить.

- Я... я замешивал тесто, госпожа. Попросил госпожу Тонильи подать мне муку. Видимо, я был неосторожен и задел ее за руку, а она...

- Все ясно. Она взвизгнула, дернулась, рассыпала муку. Так?

- Да, госпожа.

- Вы оба испугались и разлетелись по углам. Ну что мне прикажешь делать, а, Тамиладу? Их и на минуту нельзя оставить, непременно что-нибудь случается. Тоня, прекрати визжать, у меня уже голова раскалывается!

Тоня резко умолкла.

- Навыдумывала неизвестно что! - продолжила распекать ее госпожа.

- Он тебя случайно задел, а ты весь дом на уши поставила. Еще раз такое случится, и я тебя...

Раздался скрип двери, кряхтенье, и в кухню ввалился Тивелий.

- Кто тут мою доченьку обижает? - пьяным голосом возопил он, споткнулся, повалился на пол и захрапел.

- Хорош защитничек, - прокомментировала Томи, потыкав его носком сапога. Тивелий даже не шевельнулся. Тут справа зашуршало и Тоня снова коротко взвизгнула, когда прямо перед ней упал на колени Марк.

- Нижайше прошу прощения, госпожа Тонильи, - проговорил он, едва не касаясь пола лбом и вытянув руки. - Я не хотел вас напугать.

- Сумасшедший дом, - покачала головой Томи. - Все, Тамиладу, пошли отсюда, подышим свежим воздухом.

- Но они же...

- Пошли, сказала!

- Да, госпожа.

Глава 18

Осень выдалась на редкость красивая. Августовские дожди не сумели испортить клумбы и почти не затянули грязью тропинки. Солнце, которым баловало столицу бабье лето, заливало все вокруг бледным, но еще теплым светом, придавая домам спокойный, умиротворенный оттенок, больше всего сравнимый со взглядом дедушки, наблюдающего за играющими детьми.

Тихо шелестел недавно пробудившийся ветер, покачивая золотистые сосны и праздничные флаги. Пахло теплой смолой и хвоей. Лиственные деревья, робко теснящиеся вдоль дорог, не успели облететь. Зато пихты обнажили свои черные кривые ветки и усеяли тропинки густыми коврами иголочек.

- Ну, и что дальше? - спросила Томи, держа в левой руке кружку с медом, а в правой - с молоком. Они с Тамиладу стояли не на мосту, где собралось полгорода, а на рыбачьих мостках шестью улицами выше. Здесь повсюду была рыбья чешуя, а из воды густо торчал камыш.

- Вставай поближе к краю, - Тамиладу легонько подтолкнул ее, Томи вышла на самый край, опасно покачнувшись на гнилой доске. Эльв на всякий случай встал сзади и прихватил ее за поясок.