Легенды Пятиречья

Амаддариэл с трудом повернул голову и осмотрелся, обнаружив себя сидящим у столба на коленях с привязанными над головой запястьями.

- Чего головой вертишь? – усмехнулся Творг. – Подданных что ли ищешь? А эльвы-то твои поумней своего правителя оказались: как к ним с севера мои орды вышли, так они и драпанули без оглядки, даже пыли от них на наших дорогах не осталось. А ты не знал, да? Не знал, что на севере урланги тоже живут? Мы везде живем! Здесь все – наше!

- Наше! Наше! – повторили пирующие, потряхивая кружками в воздухе.

- Да-а, бросили тебя твои голубоглазые, - сочувственно покачал головой Творг. – Один только вернулся. Вон он, кстати, лежит. Готовится к праздничному ужину.

Урланги снова заржали и отступили от стола, давая Амаддариэлу возможность насладиться зрелищем: на столе, абсолютно голый, крепко связанный по рукам и ногам, лежал на большом блюде Сайлус, живописно обложенный красными яблоками. Тонкие веревки держали его привязанным к столу, не давая шевельнуться. Во рту виднелся кляп, а над ушами жалко торчали остриженные волосы.

- Ну как он? Готов? – громко спросил Творг, обращаясь к пирующим.

- Подождите, ваша милость, - отозвался один из урлангов. - Щас мы его чесночком, а потом бы еще помариновать пару часиков.

С этими словами «повар» отправил в рот нечищеную головку чеснока, под одобрительное улюлюканье собутыльников пожевал его вместе с шелухой, выплюнул на ладонь и принялся деловито натирать эльва.

Творг снова повернулся к Амаддариэлу:

- Это у нас будет… как это называется, - он пощелкал пальцами, - деликатес, во! Будешь? Я угощаю! Не будешь? А ты у нас, между прочим, на десерт. Только больно ты грязный. Вон, и следы сапог всюду. Эй, кто-нибудь! Водички гостю!

И Амаддариэла снова окатили ледяной водой. Можно было сказать, что теперь он был мокрым до нитки, но из всех «ниток» ему оставили только порты.

- Другое дело! – улыбнулся Творг и отошел, внимательно приглядываясь к носферату. Царю подали кресло, и он развалился в нем, заложив ногу за ногу и покачивая в руке кубок с вином. – Чтобы с тобой такое сотворить. Эй, певчий!

К нему подскочил тощий, недокормленный пацан с большими карими глазами. На парне неряшливо болталась длинная рубаха, которой Творг щедро одарил своего любимца. Урланг поманил его пальцем, парень наклонился.