Виват, мой генерал!

– Клара, – первая статс-дама двора и тетя нашего короля, княгиня Каврионская, окликнула меня, когда я и успела только что отойти от покоев принцессы на десяток шагов. Пришлось остановиться и присесть в глубоком книксене перед этой серьезной и строгой особой, ожидая приказа.

Княгиня молча рассматривала меня, не позволяя подняться, отчего ноги начинали неметь, а руки крутило все сильнее. Но я терпела. Только благодаря ей я оказалась при дворе и сумела получить хорошее образование. Да, служение принцессе нельзя было назвать простым, но кто мог предсказать, что меня ждало бы в родительской лавке?

– Поднимись, Клара.

– Благодарю, Ваша Светлость, – я медленно, неуклюже поднялась, стараясь не кривиться, и замерла, дожидаясь продолжения.

– Иди за мной, – строго, но как-то печально приказала дама, от чего я вскинула голову. Что-то было не так.

– Ваша Светлость? – мы спускались по широкой лестнице и с каждым мгновением мне все сильнее сдавливало горло нехорошим предчувствием.

– Не знаю, как так произошло, но я постараюсь тебя защитить.

Вот только не думаю, что у меня получится, девочка…

Я судорожно сглотнула и едва не споткнулась на следующей ступеньке. Неужто придворный колдун решил, что я слишком сильно воздействовала на принцессу и теперь меня казнят? Но я делала все так, как меня учили!**

Стараясь сдерживаться,  я все равно почти выбежал из замка. Мне не хватало свежего воздуха, а выбитое пару недель назад плечо ныло так, словно все случилось вчера. Тело начинало выкручивать, как при лихорадке.

Хмуро, сжимая зубы, оглядев двор, я запрыгнул в седло, сделав знак своему солдату, которого поставили при лошадях, остаться, дожидаясь Шартреза и знаменосца. Дорогу к лагерю, что раскинулся в сотне метров от дворца, я и сам отыскать сумею.

Стоило выехать за ворота, как стало немного легче дышать. Мышцы все еще крутило,  но боль стала терпимой. Я выпрямился в седле, и легко направил коня к разворачивающемуся лагерю. Солдаты уже подняли мой шатер и сейчас расставляли палатки.

Кашевары уже развели костры, а вокруг территории ставили заслон из бревен. Сержанты хорошо знали свое дело, так что мне не требовалась кого-то понукать: лагерь становился по всем правилам.

Натянув поводья у самого шатра, шитого из крепкого брезента, а не из бархата, как полагалось наследнику рода, я бросил повод солдату, выставленному в караул.

 – Позови Беруа, – приказал коротко, и шагнув внутрь, как был, не раздеваясь, рухнул лицом в кровать.