Там, где горят Стожары

Влажные волосы забавно топорщились, делая будущую мамочку похожей на юную беззаботную девчонку.

— Палатки видишь? Во-он там, на поляне за деревьями, — она махнула рукой в сторону зарослей. — Всего две осталось. И те не сегодня-завтра уедут. А в июле тут толпа собирается — яблоку негде упасть. Приезжают со всего района и даже из области. На Купалу фестивалят, костры палят, пляски устраивают. Бухают, куда ж без этого. Но в меру. Проблем с ними обычно нет. А местным приработок неплохой. Кто-то продукты продает: молоко там, овощи, фрукты, мясо на шашлык, кто-то приезжим комнаты сдает, не всем же хочется по ночам комаров кормить.

Так что нашим все эти россказни про нечистую силу и колдовство очень даже выгодны. А что?! Народу нравится! За этим сюда и едут. Бабка Стефа, ну…Ильинична годовой запас амулетов за неделю распродает. Дед Назар — мед, заговоренный от всех болячек!

Ирка вытерла футболкой лицо и широко улыбнулась, сделавшись как две капли воды похожей на собственную дочку.

— Так и живём? — рассмеялась Ольга, вспомнив любимую присказку подруги.

— Ага! — легко согласилась та.

******

Из огромной пляжной сумки появилось синее клетчатое покрывало, небольшая бутылка Миргородской, крем для загара, махровое полотенце, и… пакет тыквенных семечек — «для абсолютного счастья и единения с космосом»!

Стянув футболку и шорты, Ирка осталась в ярко-красном купальнике. Похлопав себя по небольшому, но уже вполне заметному животику, она с наслаждением вытянулась на подстилке.

— Фух! Красота! Падай рядом. Или ты сразу в речку полезешь?

Ольга пожала плечами, пытаясь понять, чего же ей хочется больше. Поваляться на горячем песочке или освежиться после изнуряющей дневной жары?

— Ты отдыхай, а я, пожалуй, поплаваю, — наконец ответила она и решительно сняла майку, оставшись в коротком черном топе и многострадальных шортах неопределенного цвета. То ли серых, то ли бежевых.

Тех самых.

Дорожных.

Ну да ничего, заодно от пыли и грязи отстираются!

Ольга злорадно хмыкнула, представив лицо матери, узнай та, в каком непотребном виде ее блудная дочь, бросив законного мужа, катится в бездну греха и порока.

В бездне было… да весело в ней было!

Вон Анька с Даринкой — чем не бесенята, крадутся, набрав в пригоршню воды. Не иначе пакость задумали.

— Тут, как — глубоко? Течение сильное? — поинтересовалась Ольга у подруги. Со значением поинтересовалась, делая страшные глаза и кивая на густые заросли.