Хищный цветочек для лорда-дракона

У меня очень много дел – нужно перепроверить то, о чем рассказала леди де Вальтес, да и другие преступления не ждут.

Он поклонился, коснувшись шляпы, сбежал со ступенек и запрыгнул в карету. Убедившись, что она тронулась с места, я резко развернулась к Альдану и прошипела:

– Капитан сказал правду? Вы действительно подтасовываете факты и шантажируете стражу? И подозреваю, все это вовсе не ради того, чтобы найти истинного виновника чиновничьей смерти, а чтобы насолить Элькаро! Во что вы меня впутали?

Тот огляделся, схватил меня за руку и оттащил в сторону.

Я и в самом деле выбрала не самое лучшее место для выяснения отношений. На крыльце нас видела вся улица и в любой момент могла заметить прислуга почившего де Вальтеса.

– Нет, Виола, капитан сказал далеко не полную правду, – едва слышно произнес Альдан. – Может, мои методы не кристально чисты, но и ничего противозаконного я не делаю. Не буду спорить с тем, что с радостью утру Элькаро нос, который у доблестного капитана сильно в пушку, только гибель де Вальтеса интересует меня вовсе не поэтому.

– О, сейчас вы мне скормите очередную полуправду! – я закатила глаза. – Вы даже не подумали предупредить, что, оказывается, есть второй труп! Почему заказчик – вы, а узнаю я об этом от вашего соперника, да еще в случайном разговоре? Как я буду вас консультировать, если даже не понимаю, что происходит? Вам не кажется, что пора раскрыть передо мной карты?

– Спокойнее, госпожа Виола, спокойнее. Я бы все объяснил, если бы хватило времени.

Но раз мы не успели поговорить с дочерью де Вальтеса раньше капитана, то ладно.

Альдан помолчал, собираясь с мыслями.

– Первый мертвец – Жеан Корвон, торговец пряностями. Не самый удачливый, но место в соответствующей гильдии занимал далеко не последнее, потому что был уже немолод и опытен. Простолюдин, вдовец, собирался жениться второй раз. Неделю назад найден мертвым в собственной постели. Отравлен красавкой.

То есть белладонной, мысленно перевела я для себя.

Растение, которое в редких случаях могло излечить, зато в частых – сделать еще хуже, а то и убить. Тем не менее его применяли везде и по любому поводу. В некоторых тавернах его добавляли в пиво, потому что такой напиток особо пьянил посетителей, из белладонны делали лекарства, яды и приворотные зелья. Красавицы натирали ей губы и щеки, чтобы те были алыми, и закапывали в глаза ее сок, чтобы те загадочно блестели. Потому этот цветок и назвали красавкой.