Страж червонной дамы

— О да, — согласился граф. — Пси-способности — великолепное подспорье в таких вопросах. Но давайте не будем спешить с конкретикой и скучными цифрами. Насладимся погожим днём. Я ведь не случайно пригласил вас сюда. Завтра уже зарядят дожди, как предсказывают синоптики, и будет не так удобно. А я хотел бы, чтобы знакомство со мной вы начали именно на этом холме. Так вы лучше поймёте мои мотивы и моё жизненное кредо.

Граф повёл рукой, предлагая оценить вид. К югу от холма раскинулся виноградник — ухоженный и обширный. Шпалеры тянулись вдаль с геометрической чёткостью.

Оранжевые и красные листья были пронизаны солнечными лучами. Казалось, равнину заполнил мягкий, усмирённый огонь.

— Рельеф на острове плоский, — продолжил граф, — и сейчас мы с вами находимся в самой высокой точке. Более выгодной позиции для обзора нам не найти. И мою усадьбу тоже неплохо видно — вон там, в паре вёрст отсюда. Родовое гнездо, которое построил мой предок ещё в позапрошлом веке. Владетельный князь пожаловал ему этот остров в личную собственность.

Не сочтите за похвальбу, но в прежние годы моей семье принадлежала здесь каждая пядь земли, от побережья до побережья.

— Впечатляет, — подтвердила Зарницына.

— Это приносило доход и обеспечивало нам статус, но при этом накладывало ответственность за людей, оказавшихся под нашим крылом. А они в свою очередь уважали и чтили нас.

— Насколько я успела заметить, к вашей семье до сих пор относятся с пиететом.

— Чистая правда. Хотя, конечно, времена изменились. Да, моя семья сохранила влияние и богатство, но в юридическом смысле остров уже не является нашей вотчиной.

В собственности остались лишь виноградники и усадьба. Однако есть кое-что превыше материальных благ — семейные ценности и традиции…

Пётр отстранённо подумал, что со стороны эта сцена выглядит, пожалуй, забавно. Миллионерша-простолюдинка и богатый аристократ улыбаются друг другу, обмениваясь высокопарными фразами и готовясь перейти к циничному торгу. Их ассистенты терпеливо внимают. Рядом таращатся друг на друга «барракуда» и «кракен» — два морских чудища, которых людская прихоть забросила на вершину холма…

— К моему разочарованию, — говорил граф, — не все на острове ценят ту стабилизирующую роль, которую играет наша семья.

Находятся завистники и неумные люди, готовые раскачивать лодку. В этом есть, впрочем, и доля нашей вины. Мои предки чересчур увлеклись коммерческими проектами за проливом, а ситуацию здесь пустили на самотёк. Я намерен исправить это досадное упущение.