Тёмная Вестница

Этот люкс был настолько дорогим, что всегда пустовал, и я играла там в своё удовольствие, а коллеги меня прикрывали, в обмен на маленькие услуги по работе, которые я оказывала с радостью. Работа вообще была несложной, и состояла из общения с гостями, ведения записей и совершения звонков — ничего сверхъестественного. Правда, это приходилось делать на четырёх языках, но для меня это не составило проблемы — я хорошо знала три, а за первый курс выучила ещё два, ночью в отеле было много свободного времени, а в Академии была прекрасная библиотека.

«Камень понимания» в центре Верхнего Города позволял всем понимать устную речь на любом языке, но гости отеля обычно присылали документы и письма на своих родных языках, а с письменной речью артефакт не помогал, приходилось учиться, но я справилась. Начальство было мной очень довольно, получать комплименты было непривычно и приятно, а получать зарплату вообще оказалось невероятным опытом — я никогда до этого не держала в руках деньги, не было необходимости.

На первую зарплату я накупила гору вредной еды, яркой иномирской канцелярии и совершенно ненужных мелочей из низкокачественных материалов, прекрасно понимая, что это глупо, но это было так весело, что я собиралась однажды это обязательно повторить. Вторую зарплату я потратила на заколки и косметику, к третьей у меня появилась подруга, с которой мы начали ходить на концерты и выставки, так что простые радости шопинга были надолго забыты.

Билеты на одобряемые папой мероприятия я покупала за его деньги, а зарплата копилась, я её исправно получала, любовалась и относила в банк, потому что не хотела хранить деньги в общежитии. Туда же отправлялись гонорары за небольшие статьи, которые я писала для верхнегородских журналов, и прочие мелкие «подработки», которыми я занималась исключительно чтобы развеять скуку, то, что за них платили, было приятным бонусом.

«Интересно, сколько там сейчас накопилось?»

Судя по папиному настроению, в этом году я буду жить гораздо скромнее, пора учиться экономить.

***

1-3

В коридоре раздались лёгкие мамины шаги, она постучала и заглянула, ласково улыбнувшись:

— Не спишь ещё?

Я села на кровати и тоже изобразила улыбку, такую же насквозь фальшивую:

— Не сплю, заходи.