Невеста вне отбора

Так вот когда они продумывают меню на общий праздничный стол… Знаешь, я в такие дни из комнаты не выхожу. Потому что моя мама — хозяйка в своем доме. Но ее помощницы тоже обладают некоторыми правами. А тут знатные моры. И королева должна сделать все по-своему, потому что она первая дама страны, но при этом еще и никого не обидеть. А если обидеть, то не сильно и ненадолго.

Идущая впереди мора Ровейн усмехалась. Ее сила позволяла подслушать разговор девушек. Хотя Германика немного сожалела, что Катти не стала высказывать своего мнения.

— Единственное, чего мне сейчас хочется, — вздохнула мэдчен ван Ретт, — это узнать, по каким параметрам нас выбрали.

Германика повернулась, широко улыбнулась и произнесла:

— Каждая из вас хотела принять участие в Отборе.

— Нет! — хором возмутились Мадди и Катти.

Но мора Ровейн развела руками:

— Я была в башне белаторов. Я знаю весь список принца Хиллиарда. Никто не хочет повторения прошлого Отбора.

И с этими словами мора Ровейн растворилась в воздухе. Как принц.

— Вы можете обращаться ко мне «мора ванен Рохет». Мора Ровейн сказала правду, дуэньям известны все пожелания принца Хиллиарда.

— Что произошло на прошлом Отборе? — напряженно спросила Катарина.

— Это вас не коснется, — покачала головой мора Рохет. — Мэдчен Мадди, пройдемте со мной. У нас с вами впереди много работы.

Мадди бросила панический взгляд на Катарину, но последовала за своей дуэньей.

Негромко постукивая тростью, мэдчен ван Ретт дошла до своих покоев.

— Почему грустишь, Цветочек? — Мора Ровейн полулежала в кресле. Точно так же, как и тогда, когда Катти увидела ее впервые.

— Я перестала что-либо понимать, — грустно произнесла Катарина.

— Сядь и поплачь, — предложила Германика. — Или послушай меня.

— А есть вариант сесть и послушать? — невольно улыбнулась Катти.

Мора Ровейн рассмеялась и кивнула подопечной на кресло:

— Падай уже, Цветочек.

Но падать ван Ретт не стала. Осторожно присела и, устроившись поудобнее, выразительно посмотрела на свою дуэнью.

— Во-первых, прости, что напугала тебя. Я пообещала прибыть вчера, а прибыли мы все только сейчас. И да, опоздали из-за меня. Во-вторых, не бойся ничего, что будет происходить на Отборе.

— Одна ваша последняя фраза, мора Ровейн, способна довести до паники, — возмутилась Катарина.

— Понимаю, — кивнула Германика.