Отверженная жена дракона

– Пожалуйста, – всё же выдавливаю я, когда мужчина касается губами пореза на моей шее. Тот затянулся благодаря магии, но всё ещё ноет и саднит. – Прошу… Остановись! Остановись, Клоин!

Дракон отстраняется и смотрит-смотрит-смотрит своими чернеющими глазами-безднами.

– Ты умоляешь… но словно о совершенно обратном, – хрипло сообщает он, накрывая мои губы своими. И меня окончательно уносит!

Поцелуй похож на дикую стихию, что накатывает волной, сбивает с ног, отбирает дыхание! И сколько ни барахтайся, не отбивайся – унесёт, погубит!

Вжимая меня в стену, мужчина целует без капли нежности – он просто берёт то, что считает своим.

Его язык жалит, зубы – ранят, колено вжимается между моих бёдер, раздвигая их. Он ласкает мою грудь, заставляя выгибаться. Я едва не ударяясь затылкам о стену. Моё лицо пытает, от стыда и удовольствия. По коже будто пробегают языки огня.

От наплыва ощущений у меня в крови происходит взрыв. Горячая волна прокатывается от живота к голове и ударяет так мощно, что я зажмуриваюсь и ахаю, пытаясь глотнуть воздуха.

– Ну же, – горячечно шепчет дракон, – оттолкни меня, Адель. Ударь! Ты ведь это умеешь! Скажи, что ненавидишь! – зло рычит между поцелуями, будто это я его мучаю, а не он меня. Будто это не он, я держу его – крепко-крепко, за душу, и будто на самом деле это он умоляет его отпустить.

Мне не должно нравиться происходящее! И мне НЕ НРАВИТСЯ! Всё гораздо хуже! Я нуждаюсь в этих злых поцелуях, в касаниях, укусах, будто Клоинфарн – моя смертельная зависимость, и когда он вжимается в меня, шепча свои безумства, когда ласкает мою грудь и кружит вокруг пореза на шее – у меня земля уходит из-под ног!

Ненавижу?

О нет! Это вовсе не ненависть.

То надсадное, прожигающее насквозь чувство, что я испытываю, глядя на него – это нечто гораздо ужаснее. Будто я готова отдать ему душу, лишь бы он не отпускал.

– Нет, я не ненавижу…

Ты нужен мне. По-настоящему нужен.

– Что?!

Дракон замирает, а потом, медленно отстранившись, впивается взглядом в моё лицо.

Очевидно, я произнесла последние слова вслух. Они вырвались против воли, будто им стало тесно в моей груди.

И невозможно стало скрывать правду.

От себя. От него.

Но разве так должен реагировать мужчина на признание женщины?

– Нужен? – клацает зубами дракон, лицо его искажается как от боли, а белки глаз затапливает тьма. Я чувствую, как каменеет его тело, напрягается шея.