Госпожа Путей

Через час ты почувствуешь головокружение, через два – слабость, через три – твоя кровь закипит, как вода, и ты - умрешь!

Ого! Красноглазик скатился до банального шантажа! Значит, на мой добровольный выбор или на свою победу не рассчитывает. Решил подстраховаться. Подло и трусовато, господин повелитель песков и барханов.

- Тебе нужна мертвая Госпожа? – поинтересовалась. Нет, на самом деле, на что он рассчитывал? Что я упаду в обморок, начну лить крокодильи слезы или ползать перед ним на коленях?

Да, я лучше сдохну, чем с таким жить буду.

Глаза пустынника полыхнули. Занервничал? Ну-ну, это только начало.

- Ты выберешь меня сразу же после танцев, - уголок рта дернулся в презрительной усмешке, выдавая свое отношение к данному занятию, - и сразу же получишь противоядие.

Он ухмыльнулся, оглядывая меня хозяйским взглядом, от которого внутри все перевернулось.

Я промолчала. Зачем тратить слова? Расклад ясен. А вот в глазах пустынника впервые читалась растерянность.

Позволила презрению на мгновенье проявиться на лице, а затем молча начала подниматься по лестнице. Невольно почесала отравленное запястье. Под пальцами обнаружились три твердых шарика. Задрала рукав. Н-да, едрить твою за ногу, три рубиновых камушка словно вросли в кожу. Похоже, глупостями здесь Госпожуне травят. А значит, жить мне осталось три часа, хотя нет, уже меньше.

Наверху меня никто не ждал, кроме ослепительного платья цвета крови, так щедро украшенного камнями, что хватило бы на небольшую сокровищницу.

Я спускалась вниз в странном сметении чувств. С одной стороны, танец с кровником драконов не мог не волновать, с другой, под угрозой близкой смерти все волнительные глупости отступили на второй план.

Меня уже ждали. Эррликс протянул руку и галантно помог сойти с последней ступени на черные глянцевые плиты пола.

Красное на черном. Как и я сейчас – такой жекрасный цветок на черном полу. Символично и жутковато.

По огромным колоннам пробегали языки пламени, сверху лилась приятная музыка, а ей в такт по колоннам извивалось огненными узорами пламя.

Это был самый странный танец в моей жизни. В полном молчании мы кружили по черным глянцевым плиткам пола.