Последняя Хранительница

И теперь я полностью лежала на нем, осязая крепкое мужское тело подо мной, все его мышцы и выпуклости, от соприкосновения с которыми меня кинуло в жар. Я боялась издать какой–либо звук, хотя понимала, что на самом деле сейчас и здесь все слова перестали иметь для нас значения. Мы растворялись друг в друге сильнее и сильнее, при этом, так и не пошевелившись.

Наши губы находились так близко, наши носы едва соприкасались, а дыхание стало неразделимо, стало единым для двоих. Интимность момента кружила голову, особенно когда я чувствовала, как он вдыхает то, что только что выдохнула я.

Время тянулось, как мед, выливаемый из банки, и я осознала, что Соловей ждет моего решения – сейчас он давал мне право на выбор. Но он и не догадывался, что уже давно у меня был только один возможный вариант, от которого я не собиралась отказываться.

Я отстранилась.

Глаза Соловья тут же сузились, но руки он не сжимал, готовый в любой момент отпустить меня. Чувствуя свою невидимую власть над этим мужчиной, во мне взыграло неведомое до сели женское довольство, отчего я лукаво усмехнулась, а потом, пока не успела передумать, повернулась к свече и задула ее.

– Не стоит тратить огонь понапрасну…

И уже без доли стеснения упала в объятия мужчины, впервые сама даря ему свой поцелуй. Неумелый, изучающий, неторопливый и бесконечный. Мы будто знакомились заново, полностью открываясь перед друг другом, впуская в потаенные уголки своих душ. Вздох удовольствия вырвался изо рта Соловья, когда я запустила пальцы в его волосы, и он поспешил дать волю своим рукам, тем самым срывая с моих губ такой же стон, словно мы находились в борьбе за каждый глоток воздуха.

– Честно говоря, я испугался, – прошептал Соловей, чуть отстранившись.

– Я думала, что ты ничего не боишься.

– Видимо, теперь это уже недостоверная информация.

После этих слов Соловей подмахнул меня под себя и обрушился на мои губы, больше не сдерживаясь, давая мне всецело прочувствовать всю силу его желания.

Каждая частица тела наполнилась негой, дрожью пробегая от кончиков пальцев ног и обратно, опьяняя и лишая мыслей. Одежда слетела. Я сдалась своим чувствам окончательно и бесповоротно. В памяти будут лишь осколок мгновенной боли, а за ним – наслаждение, что с каждым толчком все сильнее и сильнее.