Последняя Хранительница

Соловей

Природа вокруг начала меняться, стала каменистой, с налетом пыли. Я смотрел на острые пики с замерзанием сердца. Лёгкая туманная пелена, ещё больше подчеркивала величие неприступной стены. Я буквально был подавлен этим зрелищем, ведь что может сравниться с волнением, охватывающим при виде того, что должен покорить. Внутри скреблась обида, но я умело запихнул ее поглубже, зная, что сейчас любые эмоции могут стоить мне жизни.

Теперь задача казалась простой: скорее начать и вступить со скалами в бой.

Путь мой проходил вокруг склона по едва заметной тропе, что поднималась, то опускалась, ведя меня к самому заливу, где по тонкой береговой линии я мог дойти до пристани.

Сейчас я примерялся ногой к чуть заметной каменной нашлепке, едва выступающей из горы. Спуск начинался с настоящего лазания по отвесной скальной плите. Воздух стоял влажный и тяжёлый. Я попробовал перенести опору тела — нагрузил понемногу, — но соскользнул, ибо выступа, по сути дела, не было — так, легкая заглаженная кривизна.

Нашел опору и начал спускаться. Карабкаться было нелегко. Склон настолько крут, что камни едва держатся на нем, и малейшее движение может вызвать настоящий камнепад. Сначала дышать было тяжело, а на глаза то и дело капал пот, стекающий со лба, но через полчаса будто бы добавились силы.

Здесь они нужны. Самые что ни на есть физические. Нужны выносливость и способность вскрывать в себе запасные резервы, переступать через второе, третье дыхание.

Сейчас все камни под моими пальцами были одной и той же величины, будто их просеяли через гигантское сито, но я все равно продолжал пробираться между скалами; то поднимаясь, то спускаясь, чтобы преодолеть препятствие.

Я остановился перевести дыхание.

Прежде чем снова двигаться, я наметил удобный камень для следующего шага. На гладких скалах не видно ни единой неровности, никаких трещин, за которые мог бы зацепиться мой взор. Идти дальше бесполезно, уцепиться не получалось, а кирка лишь слегка царапала камни, не пробивая их глубоко.

Я понял, что нужно вернуться и искать другой путь, пройти там, где уклон покрывался трещинами.

Назад двигался медленно. И тут рука соскользнула, и я полетел вниз, пытаясь ухватиться хотя бы за что–нибудь. Пальцами, расцарапанными в кровь, успел схватиться за торчащий между камней корень и быстрым движением обмотал его вокруг запястья, в момент натяжения другой рукой ударил киркой и наконец, остановил свое падение.