Последняя Хранительница

– О чем? – он посмотрел на меня через плечо.

– Отдайте мне браслет!

Воспоминания потеряли былую четкость, размылись и покрылись тоненькой корочкой льда, что девять лет холодила мне сердце. Мне было пятнадцать лет, я не был готов к той участи, что выпала мне. Но несмотря на это, я сдержал обещание и не подвел Наставника – мстил за потерянного друга из последних сил. А сейчас он сидел передо мной на кровати, а я не находил слов. И пока я собирался с мыслями, теребя на руке злополучный браслет, Ласточка взяла на себя всю инициативу и начала разговор:

– Что же с тобой случилось тогда? Где ты был все это время?

– Прежде чем я вам что–то расскажу, объясните, наконец, кто вы все такие?

– Мы твои друзья, Сокол! – девушка растеряно смотрела на мужчину, ища в его глазах узнавание, но он лишь комкал одеяло от злости.

– Я вас не знаю…точнее, не помню, – парень выдохнул и отвернул свою голову в сторону, стараясь не встречаться с нами глазами. – Девять лет назад, в лесу меня нашел охотник. Я был при смерти, истерзан и истекал кровью.

– Значит, тварь не сожрала тебя!

– Кто? – Сокол резко повернулся к нам.

– Демоны. Служители Бааш. Называй как хочешь, – внутри меня бушевало смятение.

– Но как такое может быть? – Филин смотрел на меня, пытаясь узнать ответ на вопрос, на который я не мог ответить. – Наставник же сказал, что он мертв.

– Он что ли ошибся? – Ласточка сидела на постели пострадавшего и смотрела то на нас, то на Сокола. И была также растеряна, как и все мы.

– Наставник говорил то, что видел.

– Но он же сказал, что не нашел следов от тела! – звонкий голос воительницы разносился по каюте.

– Что ты хочешь от меня услышать? – оскалился я, и девушка сразу притихла. Не испугалась – обиделась. Я видел это по ее сверкающим глазам.

– Потише, дружище! – Филин окинул нас взглядом. – Думаю, сейчас не стоит выяснять объяснения давно ушедшим дням. Пускай отдохнет, – он кивнул на Сокола. – У нас будет еще достаточно времени, чтобы все обсудить на холодную голову.

Сокол устало согласился, и нам не оставалось ничего, кроме как уйти. Мы и так насели на него, хоть знахарка и просила этого не делать.

– И когда ты стал таким умным? – покинув каюту Сокола, спросил я у друга.

– Приходится, – на показ вздохнул Филин. – Когда ты начинаешь тупить, кому–то же надо сохранять здравый ум.

– Почему бы это не быть мне? – Ласточка вопросительно приподняла бровь.

– Не смеши меня! – расхохотался Филин, за что получил по своей голове.