Огненное сердце стража

Ей здесь не выжить.

Злость опять подняла голову, и он глубже вздохнул, беря себя в руки, силой воли выравнивая эмоции. Если не сохранять ясность сознания, можно ошибиться, не заметить что-то.

Благо до города недалеко. И он наконец с ней распрощается. Защищать котят – не его задача.

Ночью он дождался, пока она заснёт, отошёл подальше, чтобы звук её дыхания, за которым он привык следить, не перестал ему мешать, и сел на песок. Глубоко вздохнул и медленно выдохнул, чувствуя, как он вновь становится единым целым с этой землёй.

Он был небом, он был ветром, он был ночной птицей, парящей вдалеке… Что для бесконечного круговорота жизни и смерти одно-единственное существо? Что для огромного мира значит чей-то плач или смех? Всё циклично, зимы сменяют друг друга, вода уходит и приходит, каждая частичка имеет свою задачу, свою цель в жизни.

И у него она есть. Он – страж Архааса. Так было и будет. Пока его поколение не сменят другие стражи, так же, как они сами пришли после предыдущих.

И вновь всё стало как прежде.

Эмоции улеглись, очистились, словно проточная вода. Утром они снялись с ночлега и пошли дальше, и больше ничто не могло поколебать его равновесия.

Ровно до того момента, пока у колодца девчонка не вскочила из-за бархана, и не кинулась наперерез серым амьерам, швырнув магический сгусток пламени в шипастую спину одного из них. И вот тогда Анхарет ощутил новую эмоцию.

Страх. За неё.

Глава 14.1

Магистр Малрид

Паланкин сильно тряхнуло, и Малрид, незаметно для себя успевший задремать, вздрогнул и выпрямился.

Он поудобнее устроился среди узорчатых подушек и с силой потёр лицо, отгоняя остатки сна.

Сказывалась усталость последних дней. К тому же каждый раз, когда он засыпал, ему вновь снилась она. Не заметил, не защитил, не спас… Ему уже приходилось терять людей, да и не собирался он пока записывать Трину в список погибших, но подсознание прорывалось непрошеными эмоциями, когда он ослаблял контроль.

Снова начало трясти. Ступени, наверное.

Паланкины – резные произведения искусства, к каждому из которых прилагалось по восемь человек – он возненавидел с первого взгляда. И дело было даже не в столь явной разнице между носильщиками и тем, кого несли, просто ему неприятно было вставать в один ряд с изнеженными пухлыми богачами. Но Верхний город Граадала диктовал свои правила.

Качнуло особенно сильно, и паланкин остановился.

Наконец-то.

Малрид, стараясь не выказывать спешки, выбрался наружу.