Бастард. Хранитель для наследницы

Довольно тепло побеседовав с главой разведки, который первым поймал наёмника, пришлось так же перекинуться парой слов с главой центрального банковского отделения Антарии. Присутствовали здесь и знакомые купцы, что не раз брали его в наём на флагманы своих торговых эскадр в качестве проводника и переводчика. Они относились к нему очень уважительно, так как именно помощь воина многим из них помогла разбогатеть или не разориться несколько лет назад. Старый вояка, начальник городской стражи, а ныне почтенный отец семейства с дочерью дебютанткой, радостно тряс Райду руку и приглашал в гости.

Наёмник кивал, прекрасно понимая, что никуда не пойдёт, пока потенциальную невесту не сосватают кому-нибудь ещё.

Музыка очень сильно раздражала слух. Безвкусица всегда сильно действует на нервы. С другой стороны, а какая разница? Райдриг не танцевал. Не потому что не умел. На то имелось две причины: злобно-дикий вид и боязнь хрупких леди. Мужчина всегда сравнивал их, таких утончённых и хиленьких с комнатными цветами.

Вдруг тронешь осторожно, а она возьмёт и разобьётся. Касательно собственного вида всё и того было проще: он пугал людей, даже не желая этого. Тот, кто изначально слаб, всегда лучше других чувствует опасность. Это инстинкт, так уж сложилось. Устав ловить спиной взгляды, он вышел на балкон. Догорел закат. Ветер с моря нёс с собой легкую прохладу, что помогала справиться с духотой в бальном зале.

«И зачем нужно было сюда тащиться? — ворчал про себя наёмник.

— Неужели нельзя по старинке встретиться в тайном кабинете без посторонних? Бред какой-то».

— Танец признания. Леди могут приглашать мужчин, — донеслось из зала.

Райдриг хотел уже вздохнуть спокойно, радуясь, что можно ещё немного побыть в одиночестве, но сбоку от двери на балкон раздалось деликатное женское покашливание. Райд обернулся на звук и удивлённо дернул бровью, смерив внимательным взглядом ту, что осмелилась подойти к нему почти на расстояние вытянутой.

Светло-рыжие волосы локонами падали из высокой прически за спину, как огненно-медовый водопад. Серые глаза на бледном лице были накрашены очень причудливо, несвойственно здешней моде. Губы приоткрыты и чуть влажные, словно девушка их только что облизала. Щёки красавицы немного заалели. Платье также выделялось на всеобщем фоне: красное, длиною в пол, с разрезом до середины бедра. Глубокий вырез, обыгранный черным кружевом, переходящим в летящий рукав.