Яга и Горыныч. Дракон в деле

Только чур уговор — меня во всем слушаться и без разрешения никуда не лезть.

— Я сделаю все, что скажешь, — клятвенно пообещал Горыныч. И тут же стрельнул глазами в сторону избушки. — А мы обедать скоро будем?

— Ты же только что ел!

— Да когда это было? — отмахнулся змей. — И вообще, к дороге надо готовиться заранее, а для этого перво-наперво нужно как следует подкрепиться.

***

Искать папоротников цвет мы отправились сразу, как только солнце начало клониться к горизонту. И само собой, все время до вечера Горыныч старательно готовился.

В смысле ел. Причем так активно, что какой-то момент Базилевс снова впал в ступор, а я всерьез заопасалась, что наш необычный гость или с лавки не поднимется, или же истощит заряд уникального артефакта.

Однако самобранка сдюжила. Накормила-таки прожорливого дракона досыта. Тогда как сам дракон, едва я сообщила, что нам пора, на удивление бодро вскочил из-за стола и, торопливо засунув в рот последний блин, отрапортовал:

— Я готов!

Базилевса я на этот раз оставила дома — присматривать за поляной и следить за хозяйством.

Пусть дракона он сам же мне и нагадал, однако по факту оказалось, что мой суженый ему по душе не пришелся. Так что я решила — пусть какое-то время они побудут порознь, тем более что за драконом следовало понаблюдать.

Как это ни странно, однако ходить по лесу Горыныч совершенно не умел. Вел себя как дикарь — постоянно шумел, сопел, пыхтел, громко топал, постоянно ворчал на выданные лапти и на то, что в них ему неудобно ходить.

А на заповедной тропе змей так активно крутил головой, что я мысленно гадала, когда же она отвалится.

Сама тропа ничего особенного собой не представляла — просто узенькая дорожка в лесу, которую с двух сторон огораживали полупрозрачные стены. Если хорошенько присмотреться, то снаружи можно было рассмотреть смазанные силуэты деревьев, однако мелькали они настолько быстро, что чаще всего сливались в одну широкую полосу.

— Поразительно! — воскликнул Горыныч, опасно близко подойдя к краю тропки и всмотревшись в причудливо переливающуюся стену. — Какая красивая…

— Гор, не отставай.

— Она словно живая, — завороженно пробормотал змей в ответ, заставив меня беспокойно обернуться. — И даже как будто дышит?

— Горыны-ы-ч! Не стой на месте, на заповедных тропах нельзя задерживаться.

— А еще сверкает, как первый снег.