Запутанные строки любви

— ну да. И он хохочет. — Может, лучше завтра?..

Ну вот, глупый язык! Зачем я вообще это сказала? Ох, точно. Кондитерская. Придётся потерпеть пару часов ради спокойствия Иши.

— К сожалению, завтра никак. Ближайшие три дня я буду вынужден провести в Пастельвате. Ох, я там просто умираю от скуки! Если бы не просьба маленькой чёрной леди, ни за что!.. У меня идея, — он делает несколько шагов вперёд и наклоняется, вцепившись мне в плечи, — хочешь со мной?

Отвратительно близко!

Ой, у него глаза зелёные, и его длинная чёлка касается моей щеки… и предательские щёки моментально наливаются краской.

— П-простите, не могу, — пытаюсь стряхнуть его руки с себя, но ничего не выходит.

— Я немедленно найму помощников и пришлю их сюда. Сколько надо? Три? Четыре?

— Спасибо за предложение, но... не надо, — кое-как спихиваю его руку со своего плеча и краем глаза замечаю свёрток. Идеально, чтобы перевести разговор! — Простите, а что там внутри?

— О, это просто занятная безделушка, — с тяжёлым сердцем наблюдаю, как Гальян небрежно рвёт бумагу.

— Она нам пригодится, чтобы общаться. Эти блокнот и ручка два фрагмента чар. Смотри, — он открывает первую страницу, — я пишу здесь, а копия написанного тобой появляется в сестре-близняшке этой книжки. И наоборот...

— Девица! Тебя бесяка унёс?

О, как я рада! Иша просто спаситель!

— Простите, я должна работать. Дела, дела, много дел, — осторожно подталкиваю чародея к выходу. — Приятной Вам поездки и, надеюсь, к Вашему возвращению кондитерская вновь откроется.

Фух! Чародей изгнан, с чайкой всё в порядке. А гадкие щёки так и продолжают пылать. Ух... надо собраться с мыслями.

Сажусь на ступеньку. С громким шлёпаньем чайка проносится вниз и врывается на кухню, а я... больше не уверенна в правдивости слов Беламур насчёт чародеев.

Гальян вроде ничего. Птичку осмотрел, и та даже не пикнула. Записную книжку подарил. Хм, надо подумать, может в романах попадались и хорошие чародеи? Ну я ни за что не поверю, что все такие, как Стеша и её дед.

Жан вроде ничего... не-е-е-ет, вот именно, что вроде. Ему слово поперёк, и понеслось, — "я тебя ненавижу", "видеть не желаю"... правда, потом извиняется по сто раз.

Но, может быть, не все чародеи ужасны?..

* * *

Герцог открыл зачарованную записную книжку с тяжёлым сердцем. С одной стороны ему было радостно получать небольшие весточки о жизни Литы.