Запутанные строки любви

Одним движением переворачиваю миску. Крепкая белая пена остается внутри. — Теперь лопатку бери и частями замешивай.

Ничего не поняла, но указаниям следую. Беру лопатку и наблюдаю, как тает плотная пена от движения лопатки. Вот зачем надо было взбивать, если всё равно в одну кучу сваливать?

— Сей муку! — пролетающее мимо сито ударяется об шкафчик и падает в мою миску. — Тесто должно быть жидкое, как сметана.

Угх! Да чтоб я ещё раз согласилась!..

В общем, замесила я тесто, вылила на высокий противень, сунула в печь, подождала пятнадцать минут, и вместо благодарности опять крики:

— Ты чего натворила??? Это на три листа, а ты всё на один бахнула!!! У-у-у, да чему тебя вообще Иша учит?!

— Слушай сюда, я первый раз в жизни пеку что-то подобное! Желтки, белки, бей, целуй, меси.

. сама пеки, если такая умная!

— Всё я тебе говорила!

— Ага, в фантазиях своих!

— А ну цыц! Пг'оклятые гаг'пии, г'азог'ались как на пошаг'е... — старик кашляет, и Стеша моментально бежит к нему.

Ух, если бы не Иша, прямо сейчас всё бросила и домой пошла! Невозможные люди! Пять минут в одном месте с ними становятся просто легендарной пыткой!

Выхожу в зал, чтобы успокоиться.

Ну вот опять! Витрина в пятнах, скатерти расстелены криво, сахарницы пустые, да ещё обслуживают кое-как. Не удивительно, что с моим появлением народ сюда потянулся...

— Куда убежала?..

— Зал в порядок приводить! И вообще, это первый и последний раз, когда я вам помогаю печь.

Рыжая закатывает глаза и фыркает:

— И не надейся! Эта так называемая акция три дня будет длиться, а у меня заказов тьма.

Решай, или печёшь, или я говорю Ише, что ты отказываешься работать.

— Твоё право, — пожимаю плечами, — жалуйся кому хочешь. Можешь даже во дворец депешу отправить.

— Ух я тебя!..

Стеша сердито топает ногами и оставляет меня поправлять скатерти.

Как жаль, что моя победа длилась недолго.

Спустя час в пекарню вошёл недовольный посыльный в серой форме почтальона:

— Где Стефания?

— Она занята. Может, что-то ей передать?.

.

— Передать, и ещё как! — он копается в большой сумке и выуживает конверт, от вида которого немеют пальцы. — Где метка?

— Какая метка?

— Чародейская, разумеется!

— С-секунду... подождите, пожалуйста.

Извиняюсь перед покупателем и захожу на кухню. Ох, да она меня в порошок сотрёт! Если бы я знала про метку с самого начала... может, просто выбросить и сказать почтальону, что это чья-то плохая шутка?

Нет. Нельзя. Близнецы должны узнать, что я жива любой ценой.