Великий князь и я. Театр

- Образование очень нужно девушкам! Профессор рассказывал, что в своё время его заинтересовал такой языческий архаизм, как женитьба исключительно на девицах. Мол, традиционные семьи буквально помешаны на невинности. Он провёл ряд экспериментов и заключил, что у традиционных язычников есть слабости по мужской части, поэтому, чтобы информация не стала известна широким кругам, они выбирают непорочных девиц и заключают их на женской половине! Ведь не поспоришь, полезные сведения для будущей невесты! – я стукнула веером по ладони, подводя черту.

Ну любо-дорого посмотреть, как у них моськи вытянулись!

На самом деле профессор подавал эту историю как хохму над язычниками, но в каждой шутке…

- Большей чуши я не слышал! – Феликс засопел как недовольный ёжик. Я картинно распахнула веер:

- Да?.. Откуда же взялась традиция на невинность и женскую половину?

- Зато я понял, откуда взялся запрет на женское образование! – хрипло парировал Елизар. – И кажется, про женскую половину тоже понял!

- Господа! – довольный голос архивариуса отвлёк нас.

В пылу беседы мы упустили его появление: - Я нашёл титульный лист! Дело Елизаветы Ивовой вёл полицейский пристав Веселовского округа Прохор Сосновский! Вроде как он ещё не оставил службу. Есть ещё адрес аптеки, в которой работала Елизавета, и адрес пострадавшего… - он вдруг замолчал и недоверчиво покрутил головой. – Кхм, князя Верданского. Я, может, неверно разобрал, но вроде как Елизавету обвиняли в краже у вашего отца.

15

Слабость навалилась тяжёлой каменной глыбой.

На улице, под серым сводом туч меня резко повело. Я ударилась плечом о забелённый кирпич и яростно зашипела. Братья Верданские, которые за тихим разговором ушли вперёд, одновременно повернулись.

- Графиня?..

Господи Великий, как мне надоела его холодно-учтивая «графиня»! С неведомой злостью я хлестнула ладонью по безвкусному купеческому особняку. Крикливые статуи горгулий с облезшей позолотой неодобрительно следили за мной с крыльца. В когтях нечисть держала стеклянные магические фонари.

Я испытала невиданное желание схватить булыжник и бить, бить, бить по тонкому стеклу. От обиды на весь свет. От отчаяния. От осознания, что в моих грёзах поездка в столицу была совсем… совсем другой! Без дурака-директора, без презрения в глазах общества, без этой вежливой «графини»! Без лживых обвинений в сторону маменьки!

Воровка!.. Большей гадости придумать невозможно!

Хотелось разреветься, устроить истерику, но вместо слёз я лишь криво улыбнулась.